Артем вытащил записную книжку, быстро записал отпечатавшуюся в памяти маркировку милицейского микроавтобуса и понял, что звонить следует немедленно и всем подряд — в консульство, отцу, друзьям из органов — кому только можно. Потому что опоздать в таком деле — смерти подобно… И все-таки начинать надо было с самой милиции.

Артем набрал номер подразделения собственной безопасности МВД.

— Адвокат Артем Павлов, — представился он, — у меня есть основания считать, что прямо сейчас работниками правоохранительных структур совершается преступление. Прошу вас, запишите номер автомобиля…

Затем он сделал еще один звонок, и еще один, и еще, и не прошло и получаса, как он знал и название проводившего задержание подразделения, и номер отделения, в которое Соню могли доставить. А еще через полчаса Павлов вместе с консулом стоял перед стеклянной «витриной» с дежурным офицером внутри.

— Нет такой, — покачал головой дежурный, внимательно прочитав несколько идущих подряд фамилий, — Ковалевской точно нет.

— Она могла назваться другой фамилией? — повернулся Артем к консулу.

Тот развел руками.

— У меня нет данных о другой фамилии.

Артем почти прилип к стеклу.

— А микроавтобус с надписью «1 — й ОБППС УВД ЦАО 64-й отдел» — он же ваш! Где он сейчас?!

Дежурный пожал плечами.

— Ну, наш… но где он сейчас, я вам сказать не могу. Он пока с дежурства не приезжал.

Внутри у Артема оборвалось. Это могло означать все, что угодно.

Характер

Заместитель не сразу понял, почему с Ковалевской поступают именно так, и Соломину пришлось разъяснять.

— Иван Иваныч, ее надо вывернуть наизнанку, — рубил он воздух жесткой набитой ладонью, — я хочу знать каждую ее мысль, видеть каждый ее шаг, слышать каждый вздох! Понимаешь?

— Сделаем в лучшем виде, Юрий Максимович, — как бы соглашался заместитель, — а санкцию получите? Все-таки гражданка США…

— За это не беспокойся, — снова начал давить Соломин, — я прямо сейчас буду у зампреда, и он все подпишет. Едем со мной, я там тебе все и передам.

Фактически это была угроза.

— Да ладно, Максимыч! Мы же свои люди, — мгновенно отступил заместитель, — я вам и так верю. Мы лучше с ребятами сейчас и начнем.

— Действуй, Иван Иваныч. Докладывай чаще. Если что, при малейшем поводе — принимай ее без разговоров. Ну, ты сам знаешь!

— Ясное дело. Говно — вопрос! И не таких зажимали, — широко и фальшиво улыбнулся заместитель и повертел фотографию. — Правда, эта… классная! Симпатичная деваха.

Соломин кивнул. Не далее как вчера он обещал этой «девахе» всемерную поддержку — там, в японском ресторане. Там же была сделана и эта фотография со штампом «в дело» на обороте и надписью «С.П. Ковалевская».

— Тем не менее, — сухо добавил Соломин, — сам знаешь, враг есть враг. Даже если он такая симпатичная девица. Она американка и работает на свою родину. А мы — на свою. Понял?

Не понять столь прямую угрозу было нереально.

— Чего ж не понять, Максимыч. Все понял, — двинулся к выходу и впрямь все понявший заместитель, а Соломин принялся перебирать протоколы обыска и еще раз проверять документы, изъятые при обысках.

В который раз он не мог найти ничего, что хотя бы косвенно давало зацепку. Ему были нужны железные улики. А их не было. Соломин снова пересмотрел фотографии обыска профессора Кудрофф в аэропорту — пусть и под самым благовидным предлогом. Лицо перекошено от испуга, брызжет слюной, заикается, но суть та же: никаких зацепок, даже договора с собой не взял!

Соломин раздраженно хлопнул по столу. Эх, не дали дожать этого профессора. МИД со своими розовыми соплями испортил всю операцию. Консулы развопились, мидовские хмыри раскудахтались, начальство закряхтело. Уперлись рогами, что не позволят рушить и без того сложные отношения с Лондоном.

Соломин захлопнул папку с надписью «ДЕЛО №» и подошел к зарешеченному окну, выходившему в жилой дворик. Мальчишки строили крепость из снега. Девчонки возили на саночках своих кукол и медведей. Обычный московский дворик. Он тяжко вздохнул. В тот же момент зазвонил телефон. В трубке звучал голос только что выехавшего в отделение заместителя:

— Алло, Максимыч? Это я, Иваныч. Короче, дамочка здесь, но простым этот орешек не будет.

— Почему? — не понял Соломин.

— Характер. Короче, здесь измором надо брать, как крепость. Я бы на вашем месте отдал ее для начала ментам…

Соломин вздохнул.

— Понял. Буду через… — Он посмотрел на часы и вспомнил, что названное отделение находится в районе «Новослободской», — через двадцать минут буду.

Он судорожно открыл сейф и на всякий случай сунул во внутренний карман служебный «Макаров».

«Шапка — папка, шарф — пальто, дверь, ступеньки и авто», — складывал про себя Соломин детскую считалочку. Он пробежал тридцать пять шагов и вырвался на морозный воздух. Дети уже достроили крепость и начали атаку, разделившись пополам. Осажденные стойко отбивались снежными снарядами. Нападавшие несли потери. Не прогревая двигатель, Соломин рванул с места.

Ай-Ди