Венар пошатнулся и, ударившись об стену, повалился на пол. Остальные начали швырять в Чиуна камни, но он молниеносными движениями рук отклонял их.

— Идите, — тихо сказал он Смиту, — я прикрою вас.

Смит, прихрамывая, словно вдвое постарев, пошел к компьютерному залу. Рана на лице не была глубокой, но в голове пульсировала боль.

— Три нуля, три, один, восемь, ноль, — повторял он вслух.

Разрывающий барабанные перепонки звук вызвал у него головокружение. К горлу подступила тошнота. Он нагнулся вперед, расставив ноги. Его вырвало.

— Три нуля, три, один, восемь, ноль.

Когда они наконец добрались до компьютерного центра, Чиун поднял руку в сторону.

— Стойте! — приказал он. — Я Чиун, Мастер славного Дома Синанджу, и я не советую вам идти дальше, или бойтесь за ваши жизни.

— Это же просто чокнутый старик, — закричал кто-то.

— Да, и к тому же придурок.

Венар пролетел сквозь толпу. Его пиджак был разорван, часы разбиты. Он встал перед делегатами, его глаза были наполнены ненавистью.

— Болтовня, папаша. Я не верю, что ты такой сильный.

— Не угрожай попусту, — сказал Чиун. — Ты уже получил свой урок.

— Тебе повезло, — сказал Венар.

Из кармана он достал маленький пистолет. Толпа затаила дыхание.

— А теперь тебе не повезет.

Он сделал быстрый шаг вперед.

— Простите меня, император, но это необходимо, — сказал Чиун.

Он подпрыгнул, повернувшись в воздухе, и одним точным движением ударил Венара в позвоночник, а затем в череп. Тело сильно прогнулось и упало. Пальцы Венара все еще сжимали пистолет.

Смит стоял у пульта, его глаза были прикованы к безжизненному телу на полу.

— Работайте, — скомандовал Чиун человеку, которого называл императором.

— У тебя четыре минуты, — напомнил Абрахас, как будто Римо был соперником в игре и не мог найти верный ответ.

Римо не обратил на его голос никакого внимания. Он ковырял цемент, пальцы были в крови. Он уже отломил достаточное количество кусочков, чтобы достать до ручки. Однако он понял, что крышка люка такой же толщины, что и пол, то есть, по крайней мере, один фут.

— Побереги силы, — ровно сказал голос. — Даже если ты пролезешь через люк, что исключено, ты не сможешь достать меня. Ты знаешь, что я инвалид и не владею своими конечностями. Поэтому я изобрел определенный архитектурный дизайн, чтобы помочь себе. Ты находишься в комнате с люком. Но комната, в которой сижу я, намного изощреннее. Она отгорожена от коридора специальной дверью, от которой идет разряд в миллион вольт. Никто не может выдержать такой шок, Римо, даже ты. О, ты удивил меня своей выносливостью. Электрический разряд, высокочастотный звук не сломили тебя. Похвально. Но я уверяю, вход в эту комнату совсем не то, что салонные фокусы, которые я демонстрировал тебе до сих пор. Я ясно выражаюсь?

— Ты просто задница, — прошипел Римо.

Резким ударом он всунул левую руку в проделанную щель. Она была очень узкой. Цемент ободрал его пальцы.

— Достойный противник, — с раздражением сказал Абрахас. — Увы, я должен оставить тебя. Я был бы рад увидеть твои успехи, так же как и твою безвременную кончину. К сожалению, пора начинать мою передачу. Мир стоит на пороге больших перемен, такого не случалось со времен, когда люди впервые добыли огонь. Я поведу человечество в новую эру. Ну, до свидания, мой обреченный противник. Наслаждайся вечностью.

Он повернулся в профиль. Это не лицо Бога, подумал Римо, а скорей личина гаргульи. [3]Отвратительное создание, собирающееся покрыть своей слизью весь мир.

Монитор погас. Римо был один.

Глава 18

Хронометр на стене показывал 11:58:56. Оставалось три минуты.

Римо всунул руку глубже в бетон. Ему показалось, что мясо содралось до костей. Он подавил крик, готовый у него вырваться от сильной боли.

11:58:59.

Цирцея. Абрахас назвал ее своей чародейкой. Но женщина, лежащая мертвой в соседней комнате, была только пешкой, выброшенная без сожаления, убитая с небрежной жестокостью мухобойки.

— Я больше не хочу принадлежать ему, — сказала она.

Она сохранила имя, которое Абрахас ей дал. Римо даже не знал, как ее зовут по-настоящему. Вот как все кончается, подумал он. Извилистый путь, ведущий от смерти другой пешки, Орвилла Пибоди, закончился здесь смертью Цирцеи от рук монстра, которого она так боялась. Абрахас находился сейчас в безопасности за своими электрическими стенами.

— Ты не будешь принадлежать ему, — сказал Римо. — Я обещаю тебе, Цирцея.

Он дал ей обещание раньше, но не смог сдержать его. Со стыдом и яростью Римо рванул руку вверх. Он почувствовал, что две кости в руке сломались, но плита шевельнулась. Подняв облако пыли, он откинул ее. Упав, плита раскололась. Под ней был столб, уходящий вниз так глубоко, что его основания не было видно. Гидравлический лифт.

11:59:01.

Времени, чтобы найти, как им управлять, не было. Римо подумал, что в любом случае орган управления находится в кресле у Абрахаса. Осторожно, оберегая свою раненую руку, он обхватил столб и скользнул в темноту.