Мысль о том, как гладко мы съехали со скалы, промелькнула у меня в голове. Мы совершенно не коснулись ограждения. Никто нас не найдет. Они даже не будут знать, где искать. Я кричала тропическому шторму, пока в голове творился хаос. Пустые рыдания, потерянные в яростном ветре. Ее малыш. Он вырастет без матери. Все из-за меня. Я подумала об аллигаторах и дожде и снова закричала. Помогите. Снова и снова.

Мои зубы дрожали, но не думаю, что от холода, скорее от охватившего мое тело шока. Боль была невыносимой, и я была одна. Я закрыла глаза, когда единственным выходом было сдаться, найти что-то хорошее. Что-то внутри. Игнорировать боль. Игнорировать ветер. Игнорировать дождь. Игнорировать реку. Игнорировать Иззи.

— Если я завтра отсюда уеду, — запела я мягким голосом, едва ли не шепотом. Слезы смешивались с дождем. Уверена, произошедшее дальше было плодом моей травмы головы. До этого мой мозг и воспоминание были в порядке. Я слышала расщепление дерева и падение ветки. Все исчезло. Я не видела темноты, не слышала ветра или реки, не чувствовала дождя. Я ощущала теплоту и счастье. А затем умиротворение.

— Гэбби? Ты меня слышишь? Ты в порядке. Ты здесь, со мной и Ми. Я отсчитаю время назад, начиная с десяти. Когда досчитаю до одного, ты можешь открыть глаза, если хочешь. Ты можешь продолжить спать, если захочешь. Все мысли исчезнут при цифре один. Ты или откроешь глаза, или будешь спать. Понимаешь меня, Гэбби?

— Я не хочу просыпаться. Она исчезнет.

Моя рука прикрыла рот, и я посмотрела на Ми, стоящую передо мной с грустной улыбкой на лице.

— У нее есть маленький сын, Ми. О Боже. Это произошло более трех месяцев назад. Что, если уже слишком поздно?

— Не начинай. Ненавижу эти «если». Я нашла ее машину. Она на стоянке возле Линкольн парка. Давай начнем оттуда.

Ничто не могло подготовить меня к этому. У меня был четырехлетний племянник. Иззи приехала за помощью, а я подвела ее. Я позволила ей умереть и оставила ее малыша без мамы.

— Ми, что произошло с Иззи? Я все еще не знаю, где она.

— Я не знаю, ты не сказала.

— Он должен снова сделать это. Мне нужно знать, что с ней произошло, — произнесла я отчаянным тоном.

— Не думаю, что ты знаешь, Гэбби. Думаю, пришла в себя ты уже в больнице. Пойдем проверим машину, хорошо?

Я кивнула в согласии и отпила кофе, чувствуя себя еще более потерянной, чем была. Боялась, что уже было слишком поздно. Слишком поздно для моей близняшки и ее ребенка.

Глава четвертая

Ми была сумасшедшей, я, конечно, знала уже это, но не думала, что настолько. Она была аферисткой похуже Пэкстона.

— Говорить буду я. Просто подыгрывай, хорошо? — настаивала она.

Конечно, я согласилась. Я всё равно не знала, что сказать.

— Привет. Я звонила ранее. Меня зовут Ми Чин, глава отделения диагностической медицины.

— Да, я немного занят, но вы можете пройти на задний двор. Ваша машина — Хонда без бампера возле забора, — объяснил парень, разыскивая ключ среди тысячи других. Не было ни единого шанса, что он найдет его в таком беспорядке. Ни за что. — Вот, держите. Вам повезло, что он застрял под передним бампером на одном из магнитов. С пути не сходите, не нужно рыскать там. Это опасно. Надеюсь, Вы чувствуете себя лучше, — добавил он, искренне посмотрев на меня.

Ми ответила, а я с улыбкой кивнула:

— Конечно, не будем, — согласилась она. Ми взяла ключ, толкнув меня при этом.

Я вышла через заднюю дверь за Ми, моля Бога, чтобы мы что-то нашли. Хоть что-нибудь.

— Я думала, ты детей на свет достаешь, — сказала я. В основном из-за нервов. Нужно было отвлечься на что-то.

— Да, но я решила, что лучше будет сказать, что это твоя машина, и нам нужно найти объяснение твоему состоянию. Хаус все время врывается в дома людей, чтобы диагностировать их.

Я сдержала желание сказать, что она не Грегори Хаус, но вместо этого просто нахмурилась.