Читаем Шлюха полностью

— Я не хотела, чтобы ты разочаровалась во мне. Я стыдилась себя. Четыре часа прождала у края твоей подъездной дорожки, пытаясь уговорить себя подойти к двери. Я почти сделала это, когда ты… — сказала Иззи и замолчала. Тишина привлекла мое внимание, прежде чем она снова заговорила. — Когда ты вышла к почтовому ящику, но ты не увидела меня. Ты смотрела на небо.

Мысль о том, что развитие событий в том случае были бы настолько же плохи, как и сейчас, промелькнула в голове. Я представила лицо Пэкстона, когда бы он открыл дверь.

— Я не разочарована, Иззи. Просто хочу, чтобы ты была в порядке.

— Он боится штормов. Эти ночи я превращала в особенные — фильмы и пицца, чтобы отвлечь его.

При других обстоятельствах я бы рассмеялась и сказала ей, что делаю то же самое с девочками. Так поступала наша мама, но я, если честно, думаю, что боялась именно она. Делала это больше для себя, нежели для нас.

— Иззи, дай мне свою руку, — произнесла я взволнованно. Страх наполнил мои вены, но безысходность помогала сохранять спокойствие. Я снова почувствовала движение машины и повторила попытку. На этот раз получилось ухватиться за тонкую ветвь. Иззи не слушала. Ее голова склонилась, и я поняла, почему она не могла видеть. Мне пришлось отвернуться, но не получилось сдержать испуганный вздох. С ее лица будто срезали кожу, оставив свисать на глаза. Молния осветила ее кровавые губы. Вид был словно из фильма ужасов, и она никак не была похожа на мою красивую близняшку.

— Иззи! Дай мне свою руку!

Когда машина снова сдвинулась, я поняла, что не была наполовину в ней и наполовину снаружи, как считала. На этот раз машина опустилась на несколько сантиметров. Я закричала от боли, когда машина соскальзывала с моего тела, но взяла себя в руки. Туманно помню, как схватила руку Иззи, когда автомобиль продолжил падать. Паника от безвыходности охватила меня, и я потеряла самообладание. Как это произошло? Почему это произошло?

Не знаю, откуда взялись силы. У меня даже времени подумать не было. Времени просто не было ни на что. Как и сама авария, все произошло очень быстро. Машина падала, а я крепко держала Иззи за руку, корчась от боли. Каким-то образом нам удалось не упасть в реку. Даже учитывая скользкие руки. Кто-то был там с нами в тот день, держал нас за руки. Что-то большее, чем я. Я держалась, сколько могла, но моя сила не шла в сравнение с болью в запястье и скользкой субстанцией между нашими руками. Мои пальцы медленно соскальзывали, и я отпустила ее. Я снова отпустила ее.

Перейти на страницу:

Все книги серии Близняшки

Условие для близнецов
Условие для близнецов

БОГИ долго думали, совещались… Как поступить? Это были дети молодой Королевы - Матери МАРТИССИНИИ!Они пришли к единому мнению оставить девочек живыми, но при одном условии…Малышек отправить жить на Землю до земного совершеннолетия. После этого одну из них призвать на планету для выполнения важной миссии...Молодые родители были очень рады, что дети останутся живы и не нужно делать такой сложный и страшный выбор…Мартиссиния прижала к груди малышек, в последний раз накормив их грудным молоком.Умываясь горючими слезами завернула их в красивые одежды, прикрепила к каждой на ручку фамильный амулет и положила их в отдельные корзинки. Прочитала над ними молитву сохранения и удачи, дрожащими руками передала их доверенным лицам Богов.ДВУХТОМНИК .Вторая книга "Позднее раскаяние" .

Таис Февраль

Самиздат, сетевая литература / Любовно-фантастические романы / Романы

Похожие книги

100 великих казаков
100 великих казаков

Книга военного историка и писателя А. В. Шишова повествует о жизни и деяниях ста великих казаков, наиболее выдающихся представителей казачества за всю историю нашего Отечества — от легендарного Ильи Муромца до писателя Михаила Шолохова. Казачество — уникальное военно-служилое сословие, внёсшее огромный вклад в становление Московской Руси и Российской империи. Это сообщество вольных людей, создававшееся столетиями, выдвинуло из своей среды прославленных землепроходцев и военачальников, бунтарей и иерархов православной церкви, исследователей и писателей. Впечатляет даже перечень казачьих войск и формирований: донское и запорожское, яицкое (уральское) и терское, украинское реестровое и кавказское линейное, волжское и астраханское, черноморское и бугское, оренбургское и кубанское, сибирское и якутское, забайкальское и амурское, семиреченское и уссурийское…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»

«Ахтунг! Ахтунг! В небе Покрышкин!» – неслось из всех немецких станций оповещения, стоило ему подняться в воздух, и «непобедимые» эксперты Люфтваффе спешили выйти из боя. «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас», – сказано в его наградном листе. Единственный Герой Советского Союза, трижды удостоенный этой высшей награды не после, а во время войны, Александр Иванович Покрышкин был не просто легендой, а живым символом советской авиации. На его боевом счету, только по официальным (сильно заниженным) данным, 59 сбитых самолетов противника. А его девиз «Высота – скорость – маневр – огонь!» стал универсальной «формулой победы» для всех «сталинских соколов».Эта книга предоставляет уникальную возможность увидеть решающие воздушные сражения Великой Отечественной глазами самих асов, из кабин «мессеров» и «фокке-вульфов» и через прицел покрышкинской «Аэрокобры».

Евгений Д Полищук , Евгений Полищук

Биографии и Мемуары / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт