Он достал пузырек с семарином. Пусть это и не настоящий стимулятор мозга, но запах все же приятный. Отвинтив крышечку, он несколько раз втянул запах ноздрями и приступил к составлению донесения.

Тому, кто был знаком с нравами мзархов, это совещание показалось бы странным: когда можно было приступить к немедленным действиям, они не тратили времени на слова. Но даже сейчас, когда вырабатывалась генеральная линия, высшее командование было крайне немногословно.

— Все ясно, — заявил Верховный главнокомандующий. — Мы атакуем.

Послышалось одобрительное ворчание. В помещении не было ни одного стола — чтобы никто из собравшихся командиров клана не смог пронести и припрятать оружие.

— Нам придется пролететь через все владения рушрайков и помов, — изрек один из командиров.

Другой пренебрежительно прошипел:

— Для захвата их мира даже флот не нужен. Чтобы обойти детекторы рушрайков, достаточно будет нескольких звездолетов.

— Но помов так просто не одурачить.

— Помы не обращают внимания на чужие суда, если им самим не грозит опасность, — сказал Верховный главнокомандующий. — Мы свободно пролетим через их территории: там нет ни баз, ни планет.

Первый оратор на мгновение прижал к глазам тыльные стороны верхних конечностей.

— Я не спорю — просто предостерегаю. Чужая душа для меня потемки.

— Не пресмыкайся, — одернул его Верховный главнокомандующий. — У Адвоката трусов есть не только права, но и обязанности. За твои слова никто не вызовет тебя на бой, но тебе никогда не отмыться.

Удивленное выражение на лице его собеседника тут же сменилось ужасом, и Верховный главнокомандующий позволил себе позлорадствовать. Несмотря на то, что на самом деле командование пользовалось званием Адвоката трусов только для запугивания, новички отлично заглатывали эту наживку. К этому времени клан последнего Адвоката трусов стал уже настолько могущественным, что мог противостоять любому вызову. Так что привала пора передать эту роль кому-то другому, а чтобы заполнить вакантное место, нужен был повод.

Инцидент был исчерпан, и совещание возобновилось.

— Тебе и тебе, — сказал он, указывая на командиров двух самых могущественных кланов. — По одному боевому кораблю на каждого. Тебе, — он указал на третьего, — транспорт для переброски войск. Каждый клан выделит по роте. Встретимся на авиапосту Кайлиц через десять дней. На одиннадцатый день будем штурмовать. Вопросы есть?

Он посмотрел на новоиспеченного Адвоката трусов, но тот хранил молчание.

— Тогда все свободны.

ГЛАВА 12

У доктора Симона Чанга была круглая голова и почти такое же круглое тело. Скука трехнедельного перелета с Земли на Астру не оставила никаких следов на его светящемся неподдельным восторгом круглом лице. При первом знакомстве Мередит подумал, что он совсем не похож на естествоиспытателя, но взгляд, которым Чанг окинул кабель, говорил о нем гораздо больше, чем предъявленные дипломы и удостоверения. «Восхитительно!» — таким был первый его комментарий.

Мередиту трудно было не согласиться с этим. Большую часть кабеля покрывал тяжелый слой пыли, но один конец торчал вертикально, на высоте шести метров сгибаясь под собственной тяжестью в изящную серебристую дугу. С самого верха свисали обрывки парашютных строп, по всей длине выстроились в строгом порядке всевозможные зажимы и датчики, прилипшие к кабелю намертво.

— Надеюсь, что у вас и у ваших людей хватит энтузиазма, — сказал он Чангу. — Похоже, этот кабель — крепкий орешек.

— Не сомневаюсь. — Чанг отвел глаза в сторону, чтобы осмотреть мощную ограду, возведенную вокруг того места, куда опустили кабель.

— Мы привезли с собой множество специального оборудования. Вам что-нибудь уже удалось выяснить?

Мередит остановил спешащего куда-то офицера.

— Капитан Видзени, инженерный корпус, — представил его полковник. — Его люди лучше всех у нас разбираются в физике твердых тел. Капитан, расскажите доктору Чангу о том, что вы уже узнали.

— Боюсь, что мало. — Видзени указал на предмет, напоминающий гигантские тиски. — Мы уже знаем, что предел его прочности превышает земные материалы по крайней мере на три порядка: точнее определить не смогли из-за ограниченных возможностей нашей механики. А вот клей — или как его там — не желает входить в соединение с жидкостями и газами, но, как выяснилось, и правда проникает на несколько сантиметров в глубь любого твердого тела, которое с ним соприкасается.

— И это воздействие начинается до прямого контакта?

— Нет, сэр. Клей вовсе не похож на магнит, притягивающий железо, если вы это имели в виду.

Чанг задумчиво кивнул.

— А вы узнали что-нибудь новое о его электрических свойствах? Первые отчеты были очень противоречивы.

— В этом виноваты не мы, а кабель, — ответил Видзени. — Этот материал очень капризен: то изолирует ток, то проявляет все признаки сверхпроводимости. Исходя из этого, мы допускаем, что если когда-то и удастся разломать его, он не даст ни одной трещины, а разрушится целиком.