Читаем Шебекинский дневник полностью

Администрация Белгорода начала отправку наших детей на Южный берег Крыма. Также официально сообщено о выдаче отделением Российского Красного Креста гуманитарной помощи и денежного вспоможения беженцам из Шебекино и районов в размерах от 5 до 15 тысяч рублей. Для жителей Шебекино организована биржа труда, где зарегистрированные в течение двух дней получают работу.

Нельзя не упомянуть о доброте простых жителей Белгорода. Нашему предприятию пришлось искать квартиры для работников, хозяева жилья нам его не сдали, а бесплатно отдали на временное пребывание.

Это удивительно!

Жители Белгорода несут необходимые вещи для беженцев.

Но у всех в душе единое чаяние: пусть прекратится обстрел, чтобы мы, жители брошенных нами городов и поселений, смогли вернуться назад, домой, и восстановить и наладить жизнь свою и города.

Но до этого пока далеко.

Ежедневно на наши улицы и дома враг шлёт до 500 снарядов и ракет, разрушения продолжаются, они колоссальны!

А ночью и утром пошли сообщения о широком наступлении ВСУ по всему фронту: Запорожье, Угледар, фланги Артёмовска…

ВСУ пошло в атаку.

Силы и стойкости, удачи, умных и честных командиров нашим ребятам!

Наша жизнь — и тех, кто помогает, борется, и тех, кто закрыв глаза и уткнув голову в песок, пытается переупрямить реальность, — равно решается теперь на поле боя.

Господи, даруй победу российскому оружию!

7 июня

Как мы устроились?

Все 60 тысяч людей, в один день бежавших из своих домов?

По сообщениям губернатора Гладкова, в Шебекино осталось около 2,7 тысячи человек. В ПВР Белгорода — около 5 тысяч. Подавляющее большинство, около 50 тысяч, живут либо у родственников, либо у знакомых, либо снимают жилье. Цены аренды, например, офисного помещёния в Белгороде для нас, Шебекино и районов, от 500 рублей в день, производственного помещёния — от тысячи.

Работает в чрезвычайном режиме администрация области и городов.

К нашему удивлению, не введён режим ЧС или КТО.

Уже идут седьмые сутки с момента, как производства не работают.

Однако верно и то, что официально эвакуация так и не была объявлена.

Кто мы теперь?

Как нас классифицировать?

Лица, добровольно покинувшие свой родной дом и производства по исключительно личным соображениям? Нас предпочитают именовать по месту нашего жительства — «шебекинцы».

Сегодня мне официально ответили, что статус «беженец» нам не положен.

И въезжать в свой город и в свое жильё — не положено. Проезд закрыт по распоряжению губернатора.

Официально — до конца июня.

Оцепенение от шока прошло.

Люди активно ищут работу в Белгороде или уезжают в белый свет по всей нашей стране.

Уточнены и размеры государственной помощи. Людям с пропиской в Шебекино и пострадавших посёлках положены две выплаты: 10 000 и 50 000 рублей соответственно.

Первую выплату скоро выдадут.

Сроки второй уточняются.

Нас регистрировали в ПВР, волонтёры выдавали гуманитарную помощь. Список продуктовой помощи вывесили в Сети. На официальной странице губернатора Гладкова сказано, что люди (мы) совершенно напрасно создают ажиотаж и приходят рано утром толпами за гуманитаркой. Губернатор лично посетил пункт раздачи (один из четырёх) вечером и лично убедился в том, что полный ассортимент набора имеется всегда, поэтому надеется, что шебекинцы (мы) привыкнут и перестанут создавать очереди.

А пока… Я наблюдала длинный «хвост» из семей в полном составе, пушисто огибающий сквер пункта раздачи, расположенный в центре.

Горькая сухая ирония сквозила во всех сообщениях хозяев и руководителей, вынужденно покинувших своё производство. Брошенные предприятия города и районов разрушаются ежедневным огнём ВСУ.

«Грады» неприятеля летят точно в цель.

А цель у них — разрушить промышленный потенциал Белгородской области. Сегодня, 7 июня, после длительного обстрела мы наблюдали грибообразный чёрный дым, закрывший полнеба, в промышленной зоне Шебекино.

Горели лакокрасочные и химические предприятия.

Одно из этих производств поражено уже в третий раз!

Пропуски на въезд в город для грузовиков оформить сложно. Только с личного разрешения городского главы В. Н. Жданова. Оно и понятно: едва на площадке какого-либо предприятия начинается деятельность — ВСУ бьют туда. Третьего дня при погрузке сырья и продукции на одном из предприятий были ранены четыре человека. Люди вышли на эту погрузку добровольно, но с руководителя ответственность не снимается.

Он за всё отвечает головой.

В прямом смысле.

И за срыв контрактов или графика поставок продукции, произведённой под огнём противника, тоже. Покупатель не принимает в расчёт ситуацию войны и выкатывает претензии, требует со скандалом и нервами, угрожает снять заказ, уйти к другому производителю.

Страна живёт в условиях СВО, значит — мира на всей своей территории. Везде, кроме Белгородской области.

Да и там ЧС не введён.

Вот и лютует среднестатистический покупатель шебекинской продукции, искренне не понимая, отчего бы нам не укладываться в оговорённые сроки. Непорядок же!

Непорядочно с нашей, шебекинской, стороны!

А без электричества и воды в оставленном городе происходят ужасные вещи. Холодильники разморозились.