Читаем Шарм полностью

– Мы пришли сюда, потому что попали в затруднительное положение, – отвечает Грейс, улыбаясь этой своей улыбкой, от которой люди всегда начинают чувствовать себя уверенно и непринужденно. – У нас с самого начала было совсем мало одежды, а вчера вечером лучшая ее часть была безнадежно испорчена. Так что, если у вас есть вещи, которые могли бы нам подойти, мы были бы вам очень признательны, если бы вы помогли нам отыскать их.

Эти слова оказывают магический эффект, и уже через пять минут Тиниати проводит нас в примерочные, причем у каждого из нас в руках ворох одежды. Когда мы начинаем мерить ее, она принимается приносить нам все новые и новые вещи, как будто мы собираемся перемерить весь ее ассортимент.

Я стою, одетый только в незастегнутые джинсы, когда в дверь моей примерочной стучат.

– Я сейчас выйду, Тиниати! – кричу я.

Но это не Тиниати.

– Это я, – шепчет Грейс. – Ты не голый?

– Нет, но…

– Вот и хорошо. – Она открывает дверь и протискивается внутрь. Затем садится на крохотную скамейку у стены, на которой навалена одежда.

– Что, какие-то проблемы? – спрашиваю я.

Она смотрит на меня и бросает мне футболку:

– Ты не мог бы одеться?

– Это моя примерочная. Так что мне положено быть раздетым. Для этого и существуют примерочные.

– В самом деле? – шипит она. – Ты думаешь, сейчас подходящее время для того, чтобы учить меня?

– Я не учу тебя, просто объясняю. И то только потому, что ты, кажется, запуталась в вопросе о том, что здесь надо делать.

– Ради всего святого, ты не мог бы просто взять и одеться? – Она швыряет в мою сторону еще одну футболку.

– Поосторожнее, Грейс. Ты так стараешься заставить меня прикрыться, что я могу начать думать, что вид моего торса здорово смущает тебя.

– Так и есть, – невозмутимо отвечает она. – От этого зрелища мне хочется залезть на тебя, как на дерево, обхватить ногами твои бедра и убедить тебя соблазнить меня.

– Э-э. – Во второй раз за сегодняшний день – и за все время, которое мы провели вместе, – я не могу придумать подходящего ответа. Кроме разве что одного: – Гостиница за углом.

И вдруг ее тон становится из шутливого таким, что меня словно бьет электричеством. Мои мысли несутся вскачь, сердце колотится. Я смотрю на дверь и прикидываю, не сгрести ли мне Грейс в охапку и не перенестись ли прямиком в наш номер.

Но тут я слышу голос Тиниати, и момент оказывается упущен.

– Грейс, где ты? У меня тут есть еще платья, которые тебе надо примерить. Мне не терпится увидеть тебя в наряде из тафты!

Грейс хватает меня за руку и одними губами произносит:

– Тихо!

– Грейс? – Слышится стук в дверь, затем Тиниати кричит:

– Хадсон, Грейс у тебя?

– Поздно. Она нашла меня, – раздраженно шепчет Грейс. – Я отзываю свое предложение, и теперь ты никогда не узнаешь, почему я явилась сюда. Неужели ты не жалеешь о том, что зря потерял столько времени, разглагольствуя о кубиках своего пресса, твердых как скала?

– Справедливости ради, позволь заметить, что я никогда не упоминал о своих кубиках, – шепчу я в ответ.

– Грейс? Хадсон? – Теперь в голосе Тиниати звучит беспокойство.

– А мог бы, – фыркает Грейс. Затем кричит: – Просто положите их в мою примерочную, Тиниати! Я сейчас! – И, повернувшись ко мне, она шепчет: – Платье из тафты. Помолись за меня.

– Ага. Скорблю, – отвечаю я.

Она смеется:

– И правильно. В следующий раз затыкайся быстрее. – Она выходит, оставив меня наедине с ворохом одежды и кучей мыслей, из-за которых мне совсем не хочется ее примерять.

Сорок пять минут спустя мы выходим из бутика Тиниати, нагруженные пакетами. Мы оба решили купить по несколько пар новых джинсов, футболок и немного нижнего белья, но, когда мы положили их на прилавок, с Тиниати от огорчения едва не случился припадок. Я объяснил ей, что у нас туго с деньгами и поэтому мы и стараемся экономить.

Разумеется, услышав это, она просто попыталась наполнить наши пакеты вещами, за которые мы не могли заплатить – вопреки нашим настойчивым отказам.

– Это вещи с распродажи, – твердила она. – Вы окажете мне услугу, избавив меня от них.

Когда я заметил, что они не с распродажи и что, хотя мы благодарны ей за широкий жест, мы не хотим злоупотреблять ее хорошим отношением, мне было сказано, что никогда ни один мужчина не учил ее, как ей вести ее бизнес. И она предпочитает, чтобы так и осталось.

С этим не поспоришь, так что я отступил и предоставил вести этот спор Грейс. Она тоже не преуспела, но к плюсам можно отнести то – во всяком случае, на мой взгляд, – что теперь она является гордой владелицей платья из фиолетово-розовой тафты. Потому что иногда вселенная просто преподносит тебе подарок.

Есть и еще один плюс – теперь у Грейс тоже есть работа. Она начинает завтра в одиннадцать часов утра.

Когда она поворачивается ко мне, ее глаза сияют, и я надеюсь, что, быть может, на этот раз она нашла работу по душе. Я всегда считал, что у нее отличное чувство стиля.

Хотя, если честно, сейчас я могу думать только об одном – о том, говорила ли она всерьез о том, чтобы залезть на меня как на дерево. Например, в этом самом платье из тафты.

Глава 100 Нытье и ужин

– Грейс –