Читаем Сгинувшие полностью

Помещение, в которое он вошел, оказалось таким большим, что не видно было противоположной стены. Как только Джеймс переступил порог, в ноздри ему ударил запах мускуса, и он с трудом сдержал подступившую к горлу тошноту. Свет от фонаря здесь казался более тусклым и освещал гораздо меньше пространства, но это было не важно. Даже при ограниченном круге обзора Маршалл заметил роскошный ковер из травы, покрывавший пол… и увидел высоких монстров женского пола, прикованных к толстым, покрытым дегтем столбам. Они заморгали, когда свет попал им в глаза, – эти ужасающие твари, похожие одновременно и на медведей, и на змей, и на свиней, и на самого дьявола, с широко открытыми пастями, полными мелких зубов, и широко раздвинутыми в стороны ногами и зовущими промежностями.

Саттер построил тюрьму.

Или бордель.

Мяуканье заглушалось другим звуком – низким и ритмичным похрюкиванием. Испытывая тошноту и отвращение, Маршалл сразу же понял его источник.

Он поднял фонарь выше.

Фонарь осветил голую спину и задницу Джона Саттера.

Покрытый по́том, весь напрягшись, капитан стоял на коленях между бедер одной из тварей и, забыв обо всем на свете, спаривался с ней. Увидев свет, он быстро обернулся, и в глазах его Джеймс увидел безумный огонь, который впервые заметил в тот день, когда они поймали существо в медвежий капкан.

Давайте все трахнем ее…

Неудивительно, что форт находится в таком плачевном состоянии. Саттер все свое время проводит здесь и беспрерывно сношается. Даже сейчас, в свете фонаря, капитан ничуть не смутился и не остановился. Он отвернулся и продолжил поступательные толчки, сопровождая их ужасным непристойным хрюканьем, отчего его монструозная любовница издавала сводящее с ума мяуканье, которому вторили другие пленницы, прикованные в этом помещении.

Инстинкт подсказывал Маршаллу, что нужно бежать как можно скорее, но он хотел увидеть все помещение, поэтому пошел чуть вперед и попытался рассмотреть, что находится в темных углах огромного помещения. Там к стенам и столбам были прикованы другие пленницы. Всего их оказалось около десятка. Маршаллу было интересно узнать, где и как Саттер их выловил. Для этого капитану нужна была помощь, и с тошнотворным ощущением в животе Джеймс подумал обо всех этих новичках в форте. И понял, что все ветераны, люди, которых он знал, никуда не уехали, а погибли, пытаясь помочь Саттеру наловить этих монстров.

По пружинящему ковру из травы Маршалл шел в глубь помещения. Надоедливый запах мускуса сменился гораздо худшей и, несомненно, во много раз более сильной вонью – смесь экскрементов и гниения. Маршалл задержал дыхание и остановился, не в силах двигаться дальше. Перед ним возвышалась огромная куча из трупов и костей. Открытые мертвые глаза блестели в свете фонаря.

Маршаллу показалось, что он увидел покрытое синяками и кровью лицо Джеймсона.

И Верзилы Риза.

Наверху этой кучи сидела одна из тварей, на этот раз мужского пола, с полуопавшим, свисающим вниз членом. Еще одна тварь лежала на куче тел справа, резко выделяясь своей пластинчатой блестящей кожей на серой массе рабочей одежды, которая была на большинстве трупов.

Но все это было только началом. Потому что Маршаллу показалось, что куча шевелится, и в тусклом желтом свете ему понадобилось время, чтобы понять, что это шевелятся небольшие существа – некоторые размером с крысу, некоторые с кошку, – которые стремительно передвигались по трупам, перебираясь через их головы, подтягиваясь на их руках, спускаясь по сломанным нижним конечностям. Существа были скользкими, липкими, волосатыми и покрытыми шипами, и Маршалл понял, что это дети. Молодая поросль Саттера и его дьявольских сожительниц.

И эти детки жрали.

Наверное, Маршалл издал какой-то звук, потому что все существа, как по команде, замерли и уставились на него. У многих губы были в крови, а у одного изо рта торчала фаланга пальца. А потом они все засвистели, и от этого неожиданно высокого звука у Маршалла по телу побежали мурашки.

Джеймс бросился бежать. Стараясь ничего не слышать и не видеть, глядя только под ноги, чтобы не споткнуться, он понесся назад тем же путем, что вошел, – по травяному ковру и мимо прикованных тварей и Саттера, который теперь вопил в экстазе.

Через прихожую с развешанными на стенах окровавленными инструментами Маршалл добрался до входной двери и распахнул ее. Оказавшись снаружи, жадно вдыхая прохладный ночной воздух, он, спотыкаясь, бросился в лес, подальше от строения. Винтовка оттягивала ему правую руку, а фонарь, который он держал в левой, с такой силой колотился о рукоять, что Маршалл боялся: он вот-вот отвалится. Но Джеймс так и не решился остановиться и оглянуться назад и продолжал свое движение в сторону форта, пока не понял, что бежит слишком долго. Джеймс остановился, оглянулся вокруг и ничего не узнал. Бежал он явно не в том направлении и теперь окончательно заблудился.

Краем глаза Маршалл заметил движение справа от себя и развернулся в ту сторону. При этом фонарь ударил его по локтю, и левую руку пронзила острая боль.