Лиам набрал в горсть снега и вытер кровь с лица и рук.

– Да примет Господь его душу, – прошептал Дункан, возвращаясь к своей лошади.

Наконец Лиам поднялся и вернулся к нам. Проходя мимо меня, он отвел глаза. Я удержала его за руку.

– Этот человек не сделал ничего, чтобы заслужить такую смерть!

Он посмотрел на меня внезапно потемневшими, холодными глазами. Лицо его было невозмутимо, ни один мускул на нем не дрогнул. Я вздрогнула при мысли, что таким же взглядом он смотрел на своего врага, прежде чем убить его. Страшно представить, что чувствовала жертва, встречая этот взгляд… Лиам сделал глубокий вздох, по телу его прошла дрожь.

– Я знаю, – ответил он просто. – Но и Ран, и Колин ничем не заслужили того, что с ними случилось.

В голосе его прозвучал металл. Лиам посмотрел вниз, на свои руки. На них осталось несколько капелек крови. Была ли то кровь невинного? Он сжал кулаки. Выражение его лица постепенно смягчилось. Я отпустила его руку, и он медленно пошел к своей лошади. Я вздохнула и двинулась за ним следом.

Глава 28

Инвернесс

Дождь… Сперва моросящий, пронизывающий, по мере нашего приближения к королевскому городу он превратился в ливень и никак не желал заканчиваться. В Инвернесс мы въехали после наступления темноты, промокнув до нитки.

Зная, что город пребывает под эгидой Короны, мы старались привлекать к себе как можно меньше внимания. Ненастье оказалось нам даже на руку: под проливной дождь, превративший улицы в болота грязи, не желали выходить собаки, не то что люди. Я пребывала в уверенности, что первым местом, куда нам следовало отправиться в поисках Франсес, был толбут, поэтому попросила Лиама сразу ехать туда. Однако мой супруг рассудил, что правильнее будет сначала найти жилье и подкрепиться, а только потом сесть и обдумать дальнейшие действия. К счастью, три заведения, которые нам предстояло посетить, находились на расстоянии десятка шагов друг от друга на Керк-стрит.

Разумеется, каждый из нас прекрасно понимал, что наши тартаны не останутся незамеченными.

– У нас будут проблемы, – заявил Калум, отодвигая пустую тарелку. – Здесь всюду солдаты. Не думаю, что наш приезд их обрадует.

Словно в подтверждение его слов, мистер Росс, хозяин харчевни, в которой мы остановились поужинать, неодобрительно посмотрел в нашу сторону. Наверное, сам факт, что он подал ужин «проклятым якобитам», пусть и за хорошую плату, мог испортить репутацию его маленького заведения. Стены в нем были настолько грязные, что складывалось впечатление, будто их никогда не красили, а окна покрыты таким слоем пыли, что даже днем внутри должно было быть темно. Мебель и посуда тоже имели самый жалкий вид.

– Вы с Марион сходите в толбут, – постановил Лиам после долгих размышлений. – Калум прав, нам надо как можно реже показываться на улицах. Хотя если бы удалось раздобыть несколько пледов клана Фрейзеров…

– Ни за что! – вскричал Робин. – Лучше уж с риском для жизни носить свои цвета, чем тартан этого гада Саймона Фрейзера из Ловатта! Он ушел из лагеря Претендента перед сражением при Шерифмуре и увел триста своих людей! Решил, мерзавец, что, если перейдет на службу Ганноверскому дому, вернее получит обратно свои земли – те, которых лишился, когда стало ясно, что он стал главой клана обманным путем. Если хотите знать мое мнение, то лучше бы они его повесили сразу, без разбирательства!

Лиам нахмурился.

– Потише, приятель, – осадил он Робина. – Насчет пледов я пошутил, но в таком месте, как это, лучше говорить шепотом.

Невзирая на то что в Инвернесс нас привело дело далеко не радостное, настроение у Лиама было приподнятое. Много месяцев я не слышала от него даже намека на шутку!

– Надо же! Стоило о них вспомнить, как они и явились! – сказал Дункан.

Неприметным жестом он указал на двух мужчин из клана Фрейзеров, которые как раз вошли в харчевню. Один был высоким и толстым, в штанах из тартана, обтягивавших его объемные ляжки, и красных гетрах. Из одной гетры торчал кинжал скин ду. Под небрежно наброшенным на плечи пледом виднелся камзол из такой же шерсти, что и штаны, застегнутый на все пуговицы, которые с трудом держались под напором его обильных телес. На голове у него был берет с серебряным гербом.

Второй мужчина – вне всякого сомнения, телохранитель здоровяка – носил свой плед более традиционным манером: один присборенный его край образовывал килт, а второй был наброшен на плечи и укрывал спину своего владельца от дождя. Повернувшись к нам спиной, Фрейзеры заговорили с хозяином заведения, который снова начал искоса на нас поглядывать. Наши с Лиамом ноги под столом соприкоснулись, и я ощутила, насколько он напряжен. Мы все молчали. Через пару минут Фрейзеры ушли.

– Лорд Ловат собственной персоной! – негромко произнес Дональд.

– Лучше нам здесь не задерживаться, – сказал Лиам.

Он бросил на стол несколько монет, давая понять, что мы уходим. Мы уже подошли к двери, когда мистер Росс обратился к нам дрожащим от волнения голосом:

– Не знаю, что у вас тут за дела, но вам надо поскорее уехать из города!

Мои спутники переглянулись.