Читаем Североморье (СИ) полностью

      Снаружи доносился шум, слышались крики - прижав к себе одеяло, я судорожно всхлипывала, и не сразу услышала осторожный стук в дверь... 'Ты нормально? Мы в курсе, Лори рассказала... А сырость чего развела? Ой, будто раньше он прям миловался с тобой... Ты чего в самом деле? - недовольно покосившись, Мел присела рядом. 'Мы вещи собрали, Гант уже объявил, кто за кем едет... Вы тут это, ну,... ведите себя прилично, к кровати сильно не привыкай. Я тут подумала, тебе же должен кто-то перевязку делать - зачем тебе чужих людей напрягать, пусть тебе Лори ее делает... Поговори с отцом Овидием, а то он хочет ее в деревню увезти, в Тенару, а тебя со своей дочерью оставить, Софьей. Кстати, Гант просил передать, что какой отряд сюда первым поедет, тот тебя и заберет. И строго наказал, мол, без самодеятельности, ясно? Что-то неспокойно мне... Слушай, дружеский совет - сгоняй Лори, пусть лошадку в конюшне проверит, оружие тебе принесет, проверишь его... Мало ли что... Стражники тут говорили, что от деревни проселочная дорога выходит на большой сельский тракт. По нему часто военные патрули ездят, отряды стражников... короче, ладно, это я так... А я ... ладно, посмотрим...' - внезапно умолкнув, Мел молча сидит, потом вскакивает, на миг прижимает меня к себе, и подмигнув, уходит... Тихо, держась за стену, вышла из комнаты, прошла коридор, и в самых дверях столкнулась с Инель. Просто постояли, обнявшись... А сэр Гант кричит: 'По коням! В путь!'. Инель садится верхом, рядом Мел; впереди всадники с Гантом тронулись в путь, затем девочки одновременно с повозкой, и замыкает усиленная группа стражников с бароном. Им машут платочками дочери отца Овидия и Лори...

      Тем же вечером состоялся мой с ним разговор. Или я оказалась убедительной, говоря про дружбу, про возможность научиться Лори делать перевязки, что на меня не будут отвлекаться его дочери, или что-то еще - но им было принято решение: до моего полного выздоровления Лори будет у них. Три дня прошли незаметно; как-то вечером он сказал, что место здесь чистое, намоленное веками; что таких мест в Североморье несколько, и как гласят седые легенды, в пору древней страшной войны прятались здесь от зла и темных сил... Я очень хотела послушать, но сорванец Лори, извиняясь, перебила отца Овидия с просьбой показать ей вышивальные книги... Одновременно подруга училась на кухне у Софьи, помогала по хозяйству Марии, и перевязывала меня. Руки, поначалу дрожавшие, вскоре неплохо справлялись с бинтами и лоскутами ткани... А потом....

      Был светлый пригожий, теплый день. Солнце ласково припекало, Мари и Софья, обе светловолосые, круглолицые, розовощекие, с ямочками на щеках, и в одинаковых передниках, работали в огороде... В дом вбежала Лори... указывая пальцем куда-то в сторону, с хрипом бормотала: 'Там!....Там!'. Рассматривая вышивку, неохотно спросила: 'Ты о чем?' 'Еле, там... там они!!'. Я наконец взглянула на подругу, ...белая, без кровинки на лице, с безумным блеском в глазах... Боже... что случилось? 'Лори, спокойно, кто они, где там?'. 'У реки, Еле, черные... - и рухнула на пол; зажав рот рукой, девочка дрожала... А я старалась дышать, глубоко, про себя считая до десяти... В голове теснился хаос мыслей.... Паника - страшное слово, едва не овладела мной. Но, взглянув на Лори, сидящую на полу, поняла одно: нельзя, нельзя расслабляться, нужно все выяснить, пока есть время. А оно есть?....

      Нагнувшись к подполу, позвала священника Овидия и племянника его Масея, перебирающих картошку, открыв окошко, позвала девушек... Парнишку отправили к реке, тихо прояснить ситуацию. 'Лори, переоденься, быстро... Лори! Двигайся!' - будто очнувшись, она кивнула головой и скрылась за дверью. Тут уже вернулся племяш. 'На том берегу, двое, в черных плащах, жуткие типы,...морды звериные носят, ей-богу, не вру! А что делают там, не знаю! Рыщут, вроде как нашли что-то...'. 'Значит так, никакой паники, страха, мы люди мирные, никого не трогаем, ни с кем не воюем. Ясно?' - отец Овидий внимательно посмотрел на каждого из нас. Да, ясно, конечно, но я не согласна... 'Отец Овидий, простите, но от греха подальше уехать надо... Не забывайте, береженого Бог бережет'. 'Ты не веришь в это место? Я же рассказывал, это святое место, намоленное, здесь не может быть ничего такого!' 'Я верю вам, верю в это место, но давайте уедем!'. 'Вы можете ехать, в конюшне возьмите двух лошадей. А мы останемся, это наш дом, наша крепость'...