– Я понимаю, Седрик. Я пришел сюда, чтобы тебе помочь. Кто тебя убьет, Седрик?

– Нет, вы ничего не понимаете!

Парень чуть сильнее нажал на стекло. Кровь закапала на футболку, он задрожал, как листок на ветру, и по лицу его ручьем заструились слезы, словно кто-то открыл кран.

– Не делай этого! Это неудачная идея! Начнем с того, что таким образом тебе не удастся себя убить. Ты только причинишь себе сильнейшую боль и перережешь связки. Тебе что, так хочется подвергнуть себя пытке, а потом остаться на всю жизнь немым?

Сервас нес всякую околесицу, импровизировал наудачу, тем более что адресовался он к студенту-медику. К такой ситуации Мартен не был готов и имел весьма смутное представление о том, что произойдет, если тот действительно перережет себе горло. Однако на лице парня появилось сомнение.

– Врете вы все… блефуете… – Студент заплакал навзрыд. – Он меня не оставит, будет вредить… он беспощадный… Вы не знаете, на что он способен…

– Да кто, Седрик? Кто беспощадный?

– Замолчите! Я никогда его не выдам, слышите?.. Это будет хуже, чем умереть…

– Успокойся.

– Успокоиться? Да пошли вы!.. Провалитесь вы все в преисподнюю!.. А я уже и так там…

От сонной артерии стекло отделяли всего два-три миллиметра тонкой кожи… Но в артерию парень не попал, иначе кровь забила бы фонтаном. А след на футболке оставляла порезанная рука.

– Дайте мне уйти, и я успокоюсь! Дайте мне уйти, ну, пожалуйста! Умоляю вас! Вы даже не представляете себе, на что он способен…

Упрямо удерживая острое стекло возле сонной артерии, Домбр пристально на него глядел, и Сервас тоже не спускал с него глаз. Но тут за спиной Седрика что-то произошло.

Сыщик глубоко втянул в себя воздух и подумал: Нет, нет, нет! Не делай этого, дурак! Идея – хуже не бывает!

Очень… очень скверная…

Идея…

Но охранник, видимо, придерживался другой точки зрения. Мартен увидел, как тот в ужасе отстегнул поводок и хлопнул пса по заду. Он стиснул зубы. Дальше все произошло в одну долю секунды. Студент обернулся, то ли почувствовав опасность, то ли угадав по взгляду сыщика, что у него за спиной что-то происходит… И тут чудовище прыгнуло.

* * *

– Здесь есть телефон?

– У меня в комнате, – отозвался охранник.

Оба стояли на коленях над студентом, который стонал, распростершись на полу. Мартен накладывал импровизированную повязку из футболки и пакетика бумажных салфеток, закрепляя ее пластиковой упаковкой, чтобы не кровила, на руку парня, прокушенную доберманом.

– Возьмите у меня в кармане куртки блокнот и ручку и запишите номер, который я вам дам. Вызовите «Скорую», а потом позвоните по этому номеру и расскажите, что произошло. Вы меня поняли?

Охранник кивнул, поднял с полу куртку и достал ручку и блокнот. Сервас продиктовал ему номер. Охранник поднялся.

– Да шевелитесь, черт возьми!

Охранник быстро вышел. Мартен посмотрел на мальчишку. Лицо его было серым, а в расширенных зрачках застыл все тот же непреодолимый страх.

– Вы сами не знаете, что делаете, – простонал он. – Вы не знаете, на что он способен… Ох, черт, как больно…

Лицо парня сморщилось от боли, он зажмурился и скривил рот.

– Кто он? – тихо спросил Сервас. – О ком ты говоришь?

Рыжий снова посмотрел на него своими до странности светлыми, почти белыми глазами, затуманенными болью. Другого выражения в них не было. Экран, отражавший Мартена и потолок за его плечами, потух. Взгляд, только что впитывавший все вокруг, замкнулся на самом себе.

– Да бросьте вы… У вас нет никакого шанса его поймать.

Глава 11, в которой обнаруживают фото

Ковальский и Сервас наблюдали, как Манжен забирается в воющую сиреной «Скорую» вслед за носилками и медбратом. Шеф нервным и напряженным голосом обратился к помощнику:

– Езжай. Я хочу, чтобы Мартен взглянул там, что к чему. – Он огляделся. – А ты не спускай глаз с мальчишки, не отставай от него ни на шаг.

Манжен кивнул. Вид у него был такой же нервозный, как у шефа, и Сервас сразу подобрался. В кампусе что-то случилось…

– Возьмем служебную машину, а свою получишь позже.

– Куда едем?

– Хочу показать тебе одну штуку…

Больше Ко ничего не сказал. Когда они сворачивали на авеню СССР и на бульвар де Реколле, теплый ветер разогнал дождик. Ковальский по-прежнему с суровым видом молчал. Сервас все время чувствовал, что тот исподволь бросает на него взгляд и старается угадать, о чем он думает. Так в полумраке постукивают пальцами в поисках нужного выражения.

Они припарковали машину на стоянке университетского городка, вошли в здание и поднялись в коридор четвертого этажа. Увидев охранника возле открытой двери в комнату, Сервас вздрогнул.

Ковальский мрачно на него покосился, но опять ничего не сказал. В его глазах вспыхнул странный огонек.

Они что-то нашли.

Мартен заглянул в открытую дверь и увидел письменный стол, окно и кровать.

– Всё в порядке, можешь идти, – сказал Ко охраннику и повернулся к Сервасу: – Иди взгляни, что да как…