– Чего ты понимаешь в женском деле? Как же без мужика в доме? Курицы без петуха не несутся. Нет уж, ты прикажи, чтоб вернулся. Трое детей ведь! Куда я с ними? Кто меня возьмет? – завыла она в голос. Сергей налил стакан воды, подал.

– Успокойтесь, позвоню парторгу завода, чтоб разобрались, помогли. Вы работаете?

– Работаю, – смахнула она слезы рукой. – Больше его зашибаю! Ты прикажи ему, чтоб обязательно вернулся! – стукнула она кулаком по столу.

– Я не могу приказать. Пусть в партийной организации обсудят, если он коммунист.

– А ты что здесь сидишь большим начальником, если приказать не можешь? За что деньги получаешь? Я уже ходила к ним, ничего они не могут поделать с ним. Не вертается он. Вся надежда на тебя была. Все вы ничаво поделать не можете, с одним мужиком не справитесь! А что вы можете? Буду писать в Верховный Совет, вот те крест, буду! И на тебя жалобу напишу! Попомнишь ты меня! – ушла, сердито хлопнув дверью.

«Женская логика: такой-сякой, плохой, верните мне его», – думал Сергей с улыбкой. «Что у меня на завтра? Завод Быкова? Обязательно надо побывать. Новая машина идет, не ладится. Одновременно реконструкцию цехов делают, сборочный заново построили, а план министерство дало прежний, явно завышенный. Надо послать бумагу в министерство, скорректировать план. Меньше нервотрепки будет на заводе, спокойнее дело пойдет, без спешки. На строительство нефтезавода заглянуть, как у них там дела? – посмотрел на часы. – Восемь часов! Я еще не обедал, в библиотеку опоздал». Позвонил: «Библиотека? Как хорошо, что вас застал! Воробьев говорит, я просил подобрать мне литературу? Спасибо, через пять минут буду у вас. Можете задержаться? Спасибо, бегу!»

Зашел в читальный зал. Тишина, ни души. Он покашлял, давая о себе знать. Из-за полок вышла молоденькая чернобровая девушка.

– А где Полина Андреевна?

– У нас горе! – сказала она шепотом.

– Какое? – спросил Сергей тоже шепотом.

– Сегодня здесь, в библиотеке, у нее украли пальто, пока она искала заказанную книгу в другой комнате. А зарплата у нас, сами знаете какая.

– Это не вопрос, где она?

– Вон там, за стеллажами плачет. – Сергей прошел, перебирая книги на полке. Полина Андреевна вытерла слезы, подошла к нему.

– Вам какую книгу нужно?

– В какой написано о доверии к человеку?

– Не поняла…

– У вас беда, а вы молчите, плачете здесь в жилетку!

– Что ж я объявление должна писать?

– Объявление нет, а заявление о единовременной помощи на мое имя – да. – Полина Андреевна подняла на него повеселевшие глаза.

– Сколько можно попросить?

– А сколько стоит пальто? Столько и напишите. Конечно, на беличью дошку мы не сможем дать. Цену скромного пальто укажите. В милицию обращались?

– Да, здесь уже были двое сотрудников, расспрашивали.

На столе стояла стопка книг, подобранная Полиной Андреевной. «Черножуков Н. И. «Технология нефти» – читал Сергей. – «Гуревич И. Л. «Технология нефти. Общие свойства и первичная перегонка нефтей». Другие книги тоже были по нефти. Сергей забрал книги, заявление Полины Андреевны и вышел. «Надо сегодня почитать, чтоб иметь представление о нефтепереработке, понимать, как у них идут дела. Что значит – любить свое дело, – думал он о начальнике строительства нефтезавода Малунцеве. – Возглавлял Главк нефтяной промышленности, добровольно вызвался строить завод в Сибири, только бы быть поближе к живому, настоящему делу. Работает не щадя сил.

Сколько раз видел: спит в машине. Энтузиаст! Люблю преданных своей профессии людей».

Глава 34

Строительный трест, где работала Мария, возглавлял Степанов Николай Васильевич, волевой, грамотный инженер, прекрасный организатор. При всех достоинствах был у него один недостаток – страшнейший ругатель. Ругался не избитым матом, а им самим же придуманным, да таким, что это передавали из уст в уста, как анекдот. В коллективе его звали волкодавом. Его боялись. Под тяжелым проницательным Степанова терялись мужики. Мария тоже боялась. В тресте работали только две женщины: она и экономист Майечка. Полненькая белокожая блондинка. Перед оперативкой Мария зашла в плановый отдел.

– Слушай, Майя, не знаю, как ты, а мне неприятно, что Степанов забывает о нас, изощряется в ругательствах. У меня потом весь день уши горят. Давай проучим его!

– Степанова?! – с ужасом спросила Майя.

– Степанова, а что? Он человек, не больше. Человек умный, поймет скорее, чем кто-нибудь. Садись рядом со мной, поближе к первому ряду, чтоб сразу увидел нас. Только стукнет кулаком по столу и выругается, мы встаем и уходим. Вот и всё.

– Ой, страшно! Я что-то боюсь!

– А что бояться? Он тут неправ. Прекрасно поймет. Договорились? – Майечка неуверенно кивнула головой.

Степанов уже побывал на всех стройках. У него полное представление о ходе дела. Сидел за столом мрачнее тучи. Мария и Майя сели на второй ряд, прямо перед ним.

– Алексей Семенович, объясните, почему проваливается строительство восьмого дома? – обратился он к главному инженеру, не глядя на него и не поднимая головы. Главный длинно объяснял:

– Завод железобетонных конструкций не поставил вовремя плиты перекрытия…