– Вы хотите сказать, я ожидала, что мои одноклассницы полюбят меня так же, как любили меня сестры, и примут меня такой, какая я есть, как это было в моей семье? Значит, по-вашему, я была слепа, коль скоро не сумела разглядеть их истинное нутро?

– Возможно. Словом, подумайте над всем этим хорошенько, а на сегодня достаточно, – сказала Фай, глянув на часы. И я с удивлением увидела, что мы на целых три минуты превысили лимит отведенного мне времени. – Итак, до завтра, но хочу сказать вам, Электра, вы делаете просто поразительные успехи. – Фай поднялась из-за стола вместе со мной, подошла и крепко обняла меня. – Честное слово, я горжусь вами, Электра.

– Спасибо, – торопливо поблагодарила я ее и поспешно ретировалась за дверь, боясь снова расплакаться.

20

– Я буду страшно скучать по тебе, Электра, – промолвила Лиззи, когда в субботу мы с ней выехали за ворота клиники «Рэнч», впервые за все четыре недели, что я провела здесь.

– Во-первых, у нас впереди еще целый день, который мы проведем вместе. Не забывай! – напомнила я ей, чувствуя легкое головокружение, когда машина помчалась вперед по шоссе, рассекая пустыню с ее необъятными просторами на две части.

– Да, и я постараюсь получить удовольствие от этого дня по максимуму, – согласилась со мной Лиззи. – Как те две женщины в кинофильме – как же он называется? По-моему, «Тельма и Луиза». Да, именно так! Видела этот фильм?

– Наверное. Это там, где две женщины воруют вещи, а потом удирают от погони на машине, пытаясь прорваться через отвесную скалу?

– Да, да, это он! – весело хихикнула Лиззи. – Но не волнуйся, надеюсь, наше сегодняшнее маленькое приключение не обернется подобными неприятностями, хотя у меня такое чувство, будто ты сейчас снова совершаешь один из своих грандиозных побегов.

– Сумасшествие! Вырваться на волю на целый день! Пожалуй, я даже не стану судиться с ними, если вдруг случайно свалюсь с лошади, – рассмеялась я в ответ.

– Но ты ведь вернешься обратно?

– Конечно, вернусь. Обязательно вернусь! Я еще не закончила тут все свои дела, но очень близка к их завершению.

– Надеюсь, тебя поставят в известность, сообщат, что ты уже готова покинуть «Рэнч». Не то что я! Меня ведь просто взяли и вытолкали вон пинком под зад. А это место затягивает, действует на тебя, как наркотик, особенно если ты страдаешь какими-то зависимостями.

– Знаешь, лично меня впечатлил даже не столько сам «Рэнч», сколько все это! – Я широко распахнула руки, словно пытаясь вместить в них все окружающее пространство. – Я чувствую себя здесь абсолютно свободной!

– И я тоже! Тогда ура! И вперед! – Лиззи опустила ногу на акселератор, и мощный «мерседес» с открытым верхом понесся на полной скорости мимо прекрасных аризонских пейзажей по обе стороны дороги.

Воздух буквально вибрировал от жары, высокие кактусы причудливо торчали там и сям, впиваясь корневищами в ярко-оранжевую землю и воздевая к голубым небесам свои колючие ветви, похожие на такие длинные жилистые руки. Роскошные золотистые цветы пробивались к свету через густую зелень кустарников, отвоевавших у пустыни место под солнцем. Я успела заметить одинокого кролика, который, увидев приближающуюся машину, быстро прошмыгнул в безопасное укрытие. Удивительное дело! Ведь раньше я представляла себе пустыню абсолютно голым местом, а здесь, оказывается, вовсю кипит жизнь, расцвеченная сотнями самых разных красок и оттенков.

– Аризонская пустыня почему-то всегда напоминает мне Африку: такое же обилие красной пыли повсюду и такие же необъятные просторы, – заметила Лиззи. – Ты была в Африке?

– Нет.

Лиззи гнала машину вперед, а я задумалась над той историей, которую поведала мне Стелла. О какой-то молодой женщине по имени Сесили, которая улетела в Кению после того, как ее бросил жених. Я и понятия не имела, каким образом эта история связана со мной, но, судя по всему, какая-то связь определенно существует. Вполне возможно, Африка – это моя родина, то место, где я появилась на свет. А коль скоро Лиззи говорит, что Аризона похожа на Африку, тогда понятно, почему мне здесь тоже очень нравится.

– Электра, куда дальше рулить?

– Извини, задумалась о своем. – Я снова вперила взор в маленькую карту, которую нарисовал мне Хэнк. – Держим курс на Таксон, а когда увидим дорожный указатель на горный парк, поворачиваем вправо.

Указатель возник перед нами через несколько минут, мы свернули с автострады, ведущей в горы. Чуть дальше промелькнул еще один указатель поменьше на ранчо Гасиенда Орчидеа, мы съехали на узкую пыльную дорогу, ведущую, казалось, в никуда.

– Бог мой, эта машина совсем не подходит для езды по таким ухабам, – пошутила Лиззи, пока наш «мерседес» с его низкой посадкой преодолевал очередную рытвину. – Ты уверена, что мы едем в правильном направлении?

– Да, сама посмотри. – Я указала на лошадь, лениво жующую траву на небольшом, не огороженном забором выгоне между двумя огромными кактусами. Чуть поодаль виднелся жилой дом под низкой крышей.

Мы подъехали ближе, Лиззи притормозила машину прямо возле дома. Мы вышли из «мерседеса».