– Мое желание, – с достоинством заявил он, – чтобы вы поскорее поженились. Нет, нет, не перебивайте. Моя племянница рассказала мне о вашей утраченной любви. Трагично, что ваша клятва в верности этой несомненно милой варварке была уничтожена ее собственным решением. Поэтому сейчас вы можете вполне честно посвататься к моей племяннице. А она, между прочим, обладает немалой собственностью на острове Корфу. – Ветеран со вздохом похлопал Эдмунда по плечу. – Она настолько потеряла рассудок от любви к вам, что устроила… Не важно… Каждый, имеющий глаза, видит, что у нее на уме.

Эдмунд в замешательстве не знал, что сказать.

– Но, милорд, – произнес он наконец заплетающимся языком, – я испытываю к леди Сибилле самое глубокое уважение и даже привязанность. Но я… я… я не люблю ее…

В глазах графа Льва появился стальной блеск.

– Думается, – сказал он хрипло, – вы совершите большую ошибку, если позволите моей племяннице даже предположить подобное. Она горда. И любит вас глубоко и со всей страстностью. Я убежден почему-то, что, если Сибилла не станет вашей женой, ею не будет ни одна другая женщина.

Ночной город затих. Но еще долго Эдмунд, опустившись на колени, молился в своей комнате. Усердно и искренне он искал ответа в своей душе на заданный ему жизнью вопрос. Но вопреки всем его усилиям, в глазах продолжал стоять образ Аликc. Такой, какой он видел ее в последний раз: в ночном одеянии с распущенными белокурыми волосами. Как она будет выглядеть в мрачной рясе монахини?

Печаль была так велика, что он с трудом подавил рвущийся из груди стон. Ему мерещился тонкий, словно вырезанный из слоновой кости, образ девушки. Она подняла руку, как бы благословляя его. Затем видение растворилось в лунном свете, освещавшем мраморный пол. Благословение? Видение как бы еще раз освободило его от клятвы, что лишь Аликc де Берне станет его невестой. Единственная свеча давно уже коптила, и холод мраморного пола сковал колени, а он все продолжал молится, прося у Бога совета.

Эдмунд пробовал разобраться в своих чувствах к Сибилле, графине из Корфу. У него не было сомнений в том, что она испытывала к нему истинную любовь… насколько была на это способна такая сложная и пылкая натура. Конечно, Сибилла готова принести ему в награду и себя, и свое состояние.

Приятной внешности, с прекрасной фигурой и милым лицом, Сибилла, кроме того, обладала блестящими качествами во многих областях деятельности. К тому же в ее жилах текла кровь лучших семей античной Европы. Она отлично разбиралась в самых сложных современных событиях, обладала внушительной собственностью и прекрасно ею управляла. Как говорили, с полной справедливостью, решительностью и успехом.

Всему этому противостоял один немаловажный факт. Это милое создание, эта столь привлекательная женщина открыто была наложницей Боэмунда. И ее не оправдывал расчет на брак. Следовало помнить, что Сибилла расчетлива, властна, а временами и жестока, хоть и не в большей степени, чем другие византийки с ее положением.

Чувство вины, связанное с той ночью в библиотеке, все еще грызло его, лишало спокойствия. Он считал делом чести покрыть грех, посватавшись к ней. Однако…

Эдмунд колебался. Постепенно в нем крепло убеждение, что женитьба на Сибилле, в конце концов, не столь уж и неприемлема. Он никогда раньше не ощущал такого удовлетворения своей судьбой, как в присутствии Сибиллы. Племянница графа Льва была тактична и терпима, выслушивая его расплывчатые рассуждения, несмотря на то, что считала странными его западные представления о долге и чести.

Оставалось уже немного времени до восхода солнца. Петухи пропели в третий раз, когда граф Эдмунд с трудом поднялся и подошел к окну. Там он долго стоял, глядя вниз на недавно подстриженные фруктовые деревья в саду. Возможно, отвоевав себе владение в Святой Земле, они с Сибиллой соединятся и образуют династию, которая сможет пополнить историю великими и достойными людьми?

Глава 11 ГЕРЦОГ ТАРАНТСКИЙ II

В один из теплых и солнечных дней в небольшом, окруженном стенами саду позади резиденции барона Дрого на улице Крылатого Быка леди Розамунда с радостным возгласом горячо обняла своего брата.

Только ее личная служанка Хлоя, теперь уже изрядно округлившаяся, с приятными манерами и не менее приятным голосом, была свидетелем этой встречи. Хлоя в это время заканчивала шить новый белый плащ для барона из Четраро.

– Сегодня утром Деспоина прислала слугу с превосходными вестями, – радостно воскликнула Розамунда. – О, я так счастлива! Многие недели я молилась святому Михаилу, чтобы ты смог забыть бедную Аликc. – Сестра улыбнулась и снова поцеловала брата. – Я не раз задавалась вопросом, сколько же потребуется времени, чтобы ты понял то, что все знали уже давно: Сибилла без ума от любви к тебе.

– Ты действительно в этом уверена?

– Да. И считаю, дорогой брат, что тебе сильно повезло. Она тебе самая подходящая пара. Подумай о богатстве и власти, которыми она располагает.

Эдмунд нахмурился:

– Хм… Это что-то похожее на твою свадьбу, не так ли?