Читаем Сердце мглы полностью

Перешагивая через корни и обрубки лиан, Лиза смотрела по сторонам. Если и заметила странное движение в глубине зарослей, то не придала ему значения. Думала о том, что в джунглях деревья одного вида почти не встречаются рядом. Не растут рощами и выраженными купами. Каждое вырастает там, где ему удалось отвоевать клочок земли и клочок неба. В натужной тесноте, не оглядываясь на соседей, деревья тянутся вверх в одиночестве, без дружеской поддержки. Здесь каждый сам за себя. Никаких уступок. Совсем как в их экспедиции, вроде бы ведущей к одной общей цели, но вобравшей в себя людей с разными историями и желаниями. Сальников, Покачалов, Макавачи, Тарири, Егоров… и другие – все они жили отдельной жизнью. Даже Шахбан, с юности верный Скоробогатову и сейчас отправленный Аркадием Ивановичем за отставшей Лизой, существовал обособленно.

Восемь лет назад ему почти удалось схватить Шустова-старшего. Тот неожиданно вернулся в Россию. Следил за бывшей семьёй издалека. Мысленно прощался с ней. Люди Скоробогатова не знали, что он приехал передать Екатерине Васильевне картину Берга, но выследили его. Не оставили ему шанса. А Сергей Владимирович умудрился сбежать. Заметая следы, устроил пожар в арендованном доме на окраине Ярославля. В огне погиб старший брат Шахбана, работавший на Скоробогатова с первых дней его пребывания в Испании. Сам Шахбан обгорел, но выжил. Пытался вытащить брата, в итоге угодил под обрушившуюся балку. Левую руку Шахбана – от локтя до плеча – покрыли ожоги. В остальном он отделался переломами. Был уверен, что Скоробогатов не простит осечки: когда ещё представится шанс подобраться к Шустову? Однако Аркадий Иванович не бросил Шахбана. Навестил его в больнице. Привёл с собой и четырнадцатилетнюю Лизу. Когда она осторожно коснулась обезображенной руки Шахбана и пожелала ему скорее выздороветь, по его щекам потекли слёзы. Никогда больше Лиза не видела Шахбана плачущим. И плакал он, конечно, не от боли. От бессилия что-либо изменить. Ожоги Шахбан прятал под плотными рукавами пиджачного костюма. Даже Егоров впервые увидел их лишь в экспедиции, где невозможно было укрыть от других своё тело.

Шустов, выкрав карту из дневника Затрапезного, изменил и перемешал судьбы многих людей. Одним принёс страдания, другим позволил обрести цель, а значит, смысл жизни. Сергей Владимирович ломился вперёд, не останавливался, чтобы оглянуться, и не представлял, что творится за его спиной. Не видел, какие сотрясения вызывает каждый его шаг. Была ли тут вина Шустова? Этого Лиза не знала. Он шёл к мечте. Ведь и дом в Ярославле Сергей Владимирович поджёг, не догадываясь, что братья Алиевы сунутся туда в надежде уберечь от огня брошенные им документы и оправдать свой провал перед Скоробогатовым.

В экспедиции Шахбан охранял Аркадия Ивановича. Лишь ненадолго отходил привести себя в порядок или, как это было сейчас, вернуть в авангард замешкавшуюся Лизу. Скоробогатову не нравилось долгое отсутствие дочери.

Шахбан не спеша обогнул носильщиков кандоши и остановился. Одетый в зелёный костюм-«горку» с цельнокроеным анораком и брюками на подтяжках, стоял выпрямившись, пальцем сковыривая грязь с рукава. Всегда следил за костюмом, по возможности стирал его и штопал, однако не мог одолеть солевые разводы на палаточной ткани. Поджидая Лизу, ослабил верхние регулировочные ремни и позволил рюкзаку, при стати Шахбана смотревшемуся не столь громоздко, чуть отклониться от спины. В образовавшийся зазор едва ли заглянула прохлада. Ветра не было. Воздух прел вместе с влажными джунглями.

Прежде Шахбан без слов пропускал Лизу вперёд. Устремлялся за ней следом. И вместе они, ускорившись, нагоняли Скоробогатова. На этот раз, когда Лиза поравнялась с Шахбаном, из глубин леса раздался размашистый трубный гул, и все остановились.

Ни одна птица, ни один зверь не могли поразить чащобу подобным звуком.

Гул оборвался. В ответ, пробудившись от полуденной духоты, затрепетал лес. С ближайших ветвей взвились прежде никем не замеченные птицы. Обезьяны, побросав найденные плоды, принялись беспокойно голосить и, словно одержимые, перебегали с ветки на ветку.

Экспедиция в недоумении замерла. Индейцы растерянно всматривались в кроны пальм и пушечных деревьев. Впереди больше не раздавался стук мачете. Сзади прекратился разговор Максима и его друзей.

Шахбан оттолкнул Лизу прежде, чем она поняла, что происходит. От неожиданности и силы толчка лязгнули челюсти. Лиза упала навзничь. Ударилась о выпиравшие корни. Ободрала кожу на ладонях. Перепачкалась. Взъерошенная, ошеломлённая, лежала в грязи. Чувствовала, как на вспыхнувшее лицо падали мягкие капли с утра присмиревшего дождя. Подумала, как нелепо выглядит. Подумала, что Максим на неё смотрит.

Уставилась на Шахбана.

Увидела торчавшую в его левом плече стрелу.

Древко из пальмового дерева.

Красные перья.