Читаем Сердца четырёх полностью

— Скажи, Бонни, ты теперь не дуешься на меня? Ну-ка, расправь плечи, подними нос и давай слетаем еще разок?

— Еще разок? — возмутился Тай. — С ума сошел, тебе маловато полетов для одного дня?

— Да, мне маловато, — заявил Эллери и, вопросительно взглянув на Глюка, принялся отдирать свои фальшивые бакенбарды.

Инспектор полиции кивнул в ответ, почему-то с устрашающим видом. Таю не дали и рта раскрыть — их стремительно вывели из ангара, провели сквозь полицейское оцепление и посадили в большой транспортный самолет.

— Глюк, всего на пару минут! — крикнул ему репортер, совершенно растерзанный и непонятно как прорвавшийся к взлетной полосе.

— Тай!

— Бонни!

Инспектор упрямо мотнул головой и взлез в самолет. А там уже было несколько знакомых лиц; сбившись в кучку, они молча смотрели на Бонни и Тая. Глюк втащил Эллери и что-то тихо сказал пилоту.

И вскоре они остановились на меленькой посадочной площадке в горах, у дома Толланда Стюарта. Вслед за ними приземлился еще один самолет из Лос-Анджелеса.

Эллери, уже в собственном обличье, спрыгнул на землю первым и побежал к ангару, где стоял в недоумении доктор Джуниус.

Из второго самолета высыпали полицейские и быстро рассеялись в лесу.

— К-как это? Ч-что это? — Увидев выходящих из первого самолета людей, доктор Джуниус стал заикаться. — К-кто это? Мистер Ройл? Мисс Стюарт? Что произошло?

— Всему свое время, доктор, — ответил Квин, взял его под руку и громко крикнул своим спутникам: — Все идем в дом!

— Но...

— Терпение, доктор, терпение...

У самого дома Эллери спросил:

— Ну, где этот старый пожиратель огня? Мы не можем оставить его в неведении.

— Вы о мистере Стюарте? У себя в комнате, нянчится с простудой и уверяет меня, что подхватил грипп. Подождите, я сейчас предупрежу его.

Доктор Джуниус кинулся через холл к лестнице и стал быстро подниматься на второй этаж. Эллери с улыбкой наблюдал за ним.

— Все наверх, — сказал он. — Старик себе верен.

Когда они вошли в спальню Толланда Стюарта, доктор усаживал его в постели, подложив под спину огромные подушки и закутав одеялом до самых глаз.

— Я же, кажется, сказал вам, чтобы меня... — гневно начал он, но заметил вошедшую со всеми Бонни и переключился на нее: — А-а, вот и ты приехала...

— Да, — ответил за нее Эллери. — И, как видите, в сопровождении внушительного эскорта. Надеюсь, на этот раз вы будете более гостеприимны. Дело в том, что я должен рассказать любопытную историю, и будет жаль, если вы не услышите.

— Что еще за история? — ворчливо переспросил старик.

— Да так, об одной выходке, только что проделанной в небе над Калифорнией. Мы захватили убийцу Джона Ройла и вашей дочери Блит.

— Что??? — Доктор Джуниус вроде бы ушам своим не верил.

Старик пожевал беззубым ртом и забегал глазами с Эллери на Глюка.

— Да, джентльмены, с призраком покончено, — пустив облачко сигаретного дыма, сказал Эллери. — Я неточно выразился: да, мы его захватили, но он умер. Если только не умеет падать с высоты восемь тысяч футов без парашюта и оставаться в живых.

— Умер, — задумчиво повторил доктор Джуниус. — Да, я понял, он умер. И кто же он? Не могу себе представить...

Он выпучил глаза, поочередно глядя на всех в полнейшем замешательстве.

— Думаю, самое разумное — это прояснить данное печальное дело в системном порядке. Поэтому я начинаю с самого начала.

В убийстве Джона Ройла и Блит Стюарт есть два элемента, которые прямо указывают на нашего покойного друга как на вероятного преступника. Это мотив и возможность.

Именно с точки зрения мотива данное дело и является столь интересным. В известном смысле даже уникальным. Рассмотрим, что мы имели в начале расследования. Ни Блит, ни Джон большого состояния после своей кончины не оставляли. Поэтому версия об убийстве из выгоды отпадала. Из ревности тоже: Блит пользовалась безупречной репутацией, а женщины Джона имели железное алиби, инспектор проверял. Единственно возможным эмоциональным мотивом оставалась вспышка давней вражды. Но мне хватило ума ее не принять. И тогда мы оказались в весьма затруднительном положении — убийство совершено, а мотива нет — ни материального, ни морального. Получалось, что двух человек убили просто так. Но это полный абсурд.

Единственный вид преступлений, которые можно было бы считать немотивированными, — это убийство в состоянии аффекта, под влиянием порыва страсти. Но и то, если подумать, мотив есть, просто глубоко спрятанный, неведомый даже самому убийце.

Однако данный случай к этой категории отнести никак нельзя. Мы знаем, оно было тщательно продумано и готовилось заранее: конверты с картами, корзина с напитками, попытка выставить Джона и Тая убийцами, морфин и так далее.

Вспомним: первоначальный замысел преступления был направлен исключительно против Блит. Почему ее обрекли на смерть? За что? Или ради чего?