Читаем SEPECAT «Jaguar» полностью

«Ягуар» GR. ЗА из 54-й эскадрильи (бортовой код начинается с буквы «С») с подвешенным под фюзеляжем разведывательным контейнером GP-1. Над крылом – УР «Сайдундер», под крылом – практические бомбы и топливные баки. Несмотря на ограниченную дальность полета и массу полезной нагрузки, «Ягуар» представляя собой чрезвычайно гибкую боевую авиационную систему. Самолет отнюдь не устарел и снятие его с вооружения RAF многим представляется преждевременным.


В 1998 г. исполнилось 25-летие эксплуатации самолетов «Ягуар» в ВВС Великобритании. По этому случаю «Ягуары» командира авиакрыла из Колтисхэлла получил специальную окраску киля. На снимке – четыре «Ягуара» четырех базировавшихся в Колтисхэлле эскадрилий. Снизу вверх – командира крыла, 6- й, 41-й 54-й эскадрилий. За кабинами второго и третьего в строю са.молетов установлены окрашенные в черный цвет УКВ антенны системы «Хэв Куик». На двух других «Ягуарах» стоят обычные спаренные УКВ антенны.


Изначально борт «ХХ738» планировался как 12-й и последний «Ягуар» GR.1B, но стал первым «Ягуаром 96», позже переименованным в «Ягуар» GR.3. Этот самолет полным комплектом, присущим «Ягуару-96» (контейнером TIALD, жидкокристаллическим дисплеем в кабине, новой ручкой управления), но полный комплект новинок был установлен далеко не на всех «Ягуарах-96». Вариант «Ягуар-96» рассматривался как промежуточная модернизация, все сохранившиеся самолеты были приведены к более совершенному стандарту «Ягуар-9 7».


Борт «XZ399» взлетает с ВПП Боскомб-Дауна, 4 августа 1998 г. – первый полет «Ягуара-97». Внешне «Ягуар-97» отличался от «Ягуара-96» только небольшим устройством, отслеживавшим положение нашлемного прицела. Устройство было закреплено па фонаре кабины чуть выше заголовника катапультируемого кресла.


Три «Ягуара» с КАБ «Пэйвуэй II» на подфюзеляжных пилонах сфотографированы в полете из кабины четвертого в строю самолета. Этот самолет песет на подфюзеляжном пилоне контейнер TIALD. Британские «Ягуары» могли нести всего по одной КАБ с лазерным наведением, но они все равно оставались наилучшими ударным самолетом RAF по критерию «стоимость-эффективность». Самолет в центре окрашен по серой камуфляжной схеме ARTF, использовавшейся во время операций «Варден» и «Граппл», в то время как другие самолеты перекрашены по новой темно-серой схеме.


Перейти на страницу:

Все книги серии Война в воздухе

Похожие книги

Очерки истории российской внешней разведки. Том 3
Очерки истории российской внешней разведки. Том 3

Третий том знакомит читателей с работой «легальных» и нелегальных резидентур, крупными операциями и судьбами выдающихся разведчиков в 1933–1941 годах. Деятельность СВР в этот период определяли два фактора: угроза новой мировой войны и попытка советского государства предотвратить ее на основе реализации принципа коллективной безопасности. В условиях ужесточения контрразведывательного режима, нагнетания антисоветской пропаганды и шпиономании в Европе и США, огромных кадровых потерь в годы репрессий разведка самоотверженно боролась за информационное обеспечение руководства страны, искала союзников в предстоящей борьбе с фашизмом, пыталась влиять на правительственные круги за рубежом в нужном направлении, помогала укреплять обороноспособность государства.

Евгений Максимович Примаков

Детективы / Военное дело / Военная история / История / Спецслужбы / Cпецслужбы
Семь столпов мудрости
Семь столпов мудрости

Лоуренс Аравийский — легендарная фигура времен Первой мировой войны. Британский разведчик и талантливый ученый-востоковед, он возглавил арабское восстание в походе против турок, что привело к образованию независимых арабских государств.Книга Лоуренса столь же противоречива и поразительна, как и личность автора, культовой для Европы 20–30-х — его военная карьера привнесла в историю механизированной войны полузабытые нотки романтики и авантюры. Написанная ярким афористичным языком, автобиография в новом обаятельном переводе FleetinG читается как приключенческий роман. Этнографические зарисовки феодальной Аравии лихо переплетены с описаниями диверсий, а рассуждения в ницшеанском духе о жертвенном сверхчеловеке пронизаны беспощадной, но лиричной самокритикой:«...Годами мы жили друг с другом как придется, в голой пустыне, под равнодушными небесами. Днем горячее солнце опьяняло нас, и голову нам кружили порывы ветра. Ночью мы промокали от росы и были ввергнуты в позор ничтожества безмолвиями неисчислимых звезд...»

Томас Эдвард Лоуренс , Томас Эдвард Лоуренс Аравийский , Лоуренс Аравийский , Томас эдвард Лоуренс

Биографии и Мемуары / Военная история / Документальное