— Компания расторгла с вами контракт. В ваших услугах больше не нуждаются.

Господи, как же это забавно! Глупенькая, она еще не знает, что председатель совета директоров ее работодателя, компании "Большое лондонское телевидение", входит одновременно в правление "Ассоциации британских воздушных перевозчиков". Этот предприимчивый господин и разработал некую схему, направленную на сокращение затрат… В итоге — смерть двадцати восьми пассажиров… Но ей-то невдомек, и это так неимоверно смешно. Глухой, почти неслышный хлопок — и он покончит со всей запланированной на сегодня работой.

Испуганная девушка, пятясь, наблюдала, как странный человек корчится и всхлипывает, пытаясь обуздать свой смех, а затем медленно достает пистолет и целится ей в лицо. Оружие в его руках пляшет, бока сотрясаются, как у героев детских мультиков, а лицо залито слезами. Прозвучал выстрел, но пуля лишь слегка задела плечо журналистки.

Убийца все хохотал и хохотал, как будто смех хотел выйти наружу полностью. Вот он выстрелил… Не попал. Жертва таращится на него, в ее глазах — паника, и веселье хватает его с новой силой, скручивает внутренности, заставляет сгибаться пополам.

Весельчак не перестал смеяться, когда в комнату ворвались люди, повалили его и вырвали из рук оружие. Когда кто-то ударил его ногой в живот, дикий хохот стал невыносимым. Ослепший от слез, он корчился в агонии на полу, а убийственный смех крючьями раздирал его тело. Вскоре убийца затих.

Действие первое

Решительная Ванесса

Ванесса застыла в позе лотоса среди оранжевых и бордовых подушек, раскиданных по полу просторной залы ее дома в Челси. По комнате витал аромат индийских благовоний, курившихся на овальном кофейном столике, а из музыкального центра, скрытого за старинными деревянными панелями, лился тихий джаз. Хозяйка дома, в ярко-красном трико и белом кардигане, сидела, старательно согнув ноги и выпрямив спину. Ее рыжие волосы, заплетенные в косичку, были подняты и закреплены на макушке большой бирюзовой заколкой. Рядом с Ванессой в плетеном кресле удобно примостился массивный, остриженный почти наголо Фред Регент, по обыкновению в джинсах и джинсовой же куртке.

Третий человек в комнате, Ричард Джеперсон, облюбовал для себя необычное кресло яйцеобразной формы, подвешенное к потолку мощной якорной цепью. Ярко-желтая обивка довершала сходство с яйцом, но сейчас ее затмевал пиджак Ричарда — серебряный, он искрился и переливался на свету.

В данный момент в руках мистер Джеперсон держал фотографию улыбающегося толстяка и намеревался продемонстрировать ее присутствующим. Затем последовал снимок того же человека, на сей раз лежащего на полу в разгромленной комнате. "Джолион Фуллер" — так были подписаны обе карточки. Ванесса сравнила два изображения — мертвый Фуллер выглядел, пожалуй, даже счастливее Фуллера живого.

— Интересно жил человек, — прокомментировал фотографии Ричард. — Он приносил дурные вести.

— Я-то думал, это работа Босанке[22], — ввернул Фред.

— Уж больно он радостный, — наконец произнесла Ванесса.

— Умер от смеха, представьте себе. Все то, что вызывает у тебя или у меня слезы, для него — комедия.

Ричард нахмурился и протянул руку, чтобы забрать снимки. Длинные, вьющиеся волосы придавали его лицу нежное, почти девичье выражение, но пронзительный взгляд и резкая линия скул рассеивали первое обманчивое впечатление, выдавая жесткую, едва ли не хищную натуру. Они много пережили вместе, однако до сих пор Ванесса не осмелилась бы утверждать, что по-настоящему знает Ричарда Джеперсона.

С тех пор как они раскрыли свое последнее дело — теракт на Центральном телеграфе, организованный группой полусумасшедших сатанистов, — прошло уже несколько недель. Сегодня наконец Ричард объявил помощникам о новой головоломке, которую им предстояло решить.

Каждый из них входил в Клуб "Диоген" — таинственную организацию, возглавляемую Эдвином Уинтропом. В компетенции Клуба находились дела чаще всего государственного значения, слишком запутанные для полиции или засекреченные. Его Магистры имели доступ к полицейским записям, судебным архивам и закрытой правительственной информации.

— А вот и еще один любопытный персонаж, Гарри Эдж.

С глянцевой фотографии на друзей смотрело избитое, окровавленное лицо боксера, руки в перчатках подняты над головой.

— Ему пророчили славу Энери Купера[23], — заметил Фред, увлекавшийся спортом. — На ринге он держался до последнего, не сдавался, даже будучи в кровь избитым — то ли не замечал боли, то ли совсем ее не чувствовал.

— Да, я читала о нем, — отозвалась Ванесса. — Он вроде умер?

— Умер, — подтвердил Ричард. — Погиб во время пожара в собственном доме. Причина — короткое замыкание, во всяком случае, так считает полиция.

— Боже, как ужасно! Оказаться запертым в огне…