Зомби содрогнулся в руках Фреда, в глазах блеснул предсмертный огонь. Тело Яффы, одетое в старую форму, рухнуло наземь. В последнюю секунду Фреду почудилось, что к Яффе вернулось сознание: Парень был благодарен за то, что больше ему не придется участвовать в шоу.

Фред не знал, что теперь должен чувствовать.

Битва закончилась.

Джеперсон воткнул винтовку в деревянный пол сцены, проколов пустой китель. Он взял Ванессу за руку и поцеловал девушку. Возрожденная богиня Солнца повернула лицо к свету, и теплые лучи заиграли в распущенных золотистых волосах.

Они сидели на пляже. Комитет все еще врубал музыку с твердым намерением проиграть каждую песню из подборки дочери Жиля. Сейчас Мендес пел „Утро в Челси“ Джонни Митчела. Берег переливался разноцветными красками, как будто его только что устлали новым слоем песка.

Люди выносили с пирса тела Парней, мертвых вот уже несколько дней. О зомби напоминали только следы высыхающей липкой жидкости. Призраков изгнали.

— Они были мертвыми, — объяснял Джеперсон, — хотя могли ожить, приди мы чуть позже.

Дерганый с собратьями пришли в себя. Правда, в памяти у молокососов оказалось несколько белых пятен, но их обезьяньим мозгам это нисколько не мешало. Ребята играли в футбол, сбивая друг друга с ног и матерясь по-черному.

Джеперсон потупил глаза, испытывая стыд за бритоголовых.

— Добро пожаловать обратно в семидесятые, — торжественно объявил Фред.

— Мы не можем привередничать и воротить нос от настоящего, — заметил Ричард, задумчиво бросая в море камешки.

Ванесса разулась и перебирала пальцами песок. Девушка была равнодушна к своей победе.

— Фред, друг мой, — начал Джеперсон, — ты очень хорошо проявил себя, когда почувствовал, что дело нечисто. Возможно, у тебя есть чутье на подобные явления. Я походатайствовал, чтобы тебя повысили в должности. Думаю, Клубу „Диоген“ твоя помощь придется очень кстати. Есть желание?

Фред обдумывал предложение.

НЕ СХОДИТЕ С УМА

Пролог

Весельчак

Странный человек как на крыльях прилетел на верфь к восьми часам утра, спеша поделиться дурными вестями. Рабочим, которых попросили собраться на улице для важного объявления, управляющий представил посланника как консультанта. Взяв в руки громкоговоритель, чтобы сообщить людям о том, что верфь закрывается и к концу года весь персонал останется без работы, Весельчак давился от смеха.

В адрес неизвестного консультанта летели угрозы и насмешки, когда в сопровождении вооруженной охраны вестник несчастья продирался через толпу будущих безработных к своему мини-кару, но он ничего не слышал — из последних сил сдерживаемое веселье скрутило Весельчаку внутренности, не давая вздохнуть. Проехав несколько миль, Весельчак вынужден был остановиться — как будто туго закрученная пружина смеха резко распрямилась внутри, он хохотал и хохотал, слезы текли по лицу, миниатюрный автомобиль сотрясался от взрывов небывалого веселья…

Около девяти утра молодая мать узнала от похохатывающего человека, что рак ее сына неизлечим. В десять жизнерадостный джентльмен с широкой ухмылкой уже сообщал главе кондитерского завода о том, что члены совета директоров лишают его полномочий, а несколько клиентов намереваются привлечь к суду. Еще через час он стоял с увесистым железным прутом в руках, готовясь умертвить старого белого медведя, которого местный зоопарк не мог больше прокормить, и ощущал себя старшеклассником накануне первого школьного бала, пузырьки радостного возбуждения так и бегали по телу. В двенадцать, почти валясь с ног от сотрясающих его приступов гомерического хохота, Весельчак рубил в Литл-Мидлинге семисотлетний дуб, мешавший строительству нового шоссе. Крики и проклятия возмущенных местных жителей действовали на него как щекотка.

На ленч изрядно притомившийся улыбчивый господин остановился в небольшом придорожном кафе. Но и здесь переполнявшее его веселье не унималось, даже стандартная, везде и для всех одинаковая еда забавляла — и баварские колбаски, и жидковатое пюре, а яблочный пирог со взбитыми сливками довершил дело — Весельчак снова затрясся в истерике. Кое-как взяв себя в руки и проглотив еду, в 14.30 таинственный господин продолжил свои визиты. Следующий поступок он посчитал даже милосердным — если у трех пожилых людей закончились все сбережения, не лучше ли задушить их и покончить с мучениями, нежели позволить изо дня в день пытаться свести концы с концами?

На пять часов у смеющегося человека была назначена встреча с молодой журналисткой из "Вечерних новостей". Предметом ее журналистского расследования стала последняя авиакатастрофа и безопасность авиатранспорта в целом.

— У меня для вас плохие новости, — было первое, что услышала удивленная девушка.

— Кто вы?

— Я — Весельчак, хотя какая разница? Вам не интересно, что я хочу вам сказать?

— Почему вы так улыбаетесь? Это что, шутка?

Это было уже чересчур!!! Он согнулся пополам, лицо покраснело, из глаз брызнули слезы… Смех бился в мозгу, возмущенно требуя выхода. Кое-как успокоившись, тяжело дыша, Весельчак наконец выдавил: