Читаем Сегодня День рождения мира. Воспоминания легендарного немецкого клавишника полностью

Медленно подхожу ближе к нашим грузовикам. Кажется, что чем медленнее я двигаюсь, тем быстрее течет время. Останавливаюсь, и время начинает бежать быстрее. Странно… Ну, если так, пусть уж оно немного потянется, пока я дышу свежим воздухом. Я снова начинаю неторопливо перемещаться в пространстве, поглядывая на фуры. Дальнобойщики открыли настежь двери кабин и, развалившись на сиденьях, болтают и пьют Red Bull[44]. Таким же образом они отдыхают в длинных очередях на таможне или в многочасовых заторах на дорогах. Обычно они рассказывают друг другу о прошлых поездках. Я люблю их слушать: из этих бесед можно узнать много интересного. Оказывается, ребята из Wu-Tang Clan[45] берут с собой на гастроли пистолеты. А техники американских групп не складывают ящики в грузовики друг на друга, потому что это слишком хлопотно. Они просто удваивают количество машин. За это платит группа. Здорово!..

Я все еще не могу поверить, что наша группа теперь совершает турне с большим количеством грузовиков. Вроде прошло совсем еще немного времени с тех пор, когда мы все вместе ездили на концерты на моем универсале. Это был АМС Matador Kombi с восемью посадочными местами. Последнее сиденье было установлено задом наперед. На нем часто сидел Тилль, потому что в дороге обычно его тошнило, а в таком положении – нет. Большую часть времени он спал. Рядом с ним, на сиденье, стоял сценический огнемет.

Тогда у нас не было еще своего оператора, к тому же нас покинул и звукорежиссер, который умел подстроить акустику и организовать расстановку динамиков в любом зале так, чтобы звук был хорош. Это было очень важно. Потому что если группа звучит плохо, то зрители теряют к ней интерес. Мы заискивали перед этим парнем, но это не помогло: он все-таки ушел от нас.

Большинство залов, где мы выступали, очень похожи, и нам казалось, будто мы все о них знаем. Некоторые помещения отапливались голландской печью, которую растапливала какая-нибудь старушка. В зале воняло пивом, пеплом и отчаянием. Когда начинался концерт, бывало так жарко, что мы становились потными и чувствовали себя как свиньи. Если же в помещении была до этого еще и высокая влажность, то конденсат капал с потолка и бежал вниз по стенам. Однажды нам пришлось сушить мой сэмплер феном. Чтобы достать фен, директор клуба бегал к себе домой. Правда, в той деревне все строения располагались недалеко друг от друга. Такие маленькие провинциальные клубы функционировали чуть ли не как семейные. Дочь директора стояла тогда за стойкой и стеснительно улыбалась Тиллю. А его сын-скинхед работал кем-то вроде охранника и умолял нас приезжать почаще. Что тут можно сказать?.. Концерты в таких местах шли с огромным успехом!

А вообще, скинхеды составляли наиболее беспокойную часть наших зрителей и доставляли нам немало хлопот. Как-то раз они вылили за шиворот звукорежиссера большой бокал пива. Он испугался, не стал разбираться, в чем дело, и ринулся в костюмерную. Для этого он должен был пройти прямо через сцену, другого пути за кулисы не существовало. Мы были слегка удивлены, когда он бежал мимо нас, ведь это случилось посреди исполнения песни. Позади сцены он, видимо, поскользнулся и упал. Как оказалось, парень при падении махал руками и разбил окно. Даже сквозь рев динамиков мы слышали ужасный грохот.

После концерта нам пришлось объясняться с директором клуба. Мы попытались списать разбитое стекло на хулиганство скинхедов, но напрасно: за ремонт пришлось заплатить.

Да что там! Такая жизнь нам нравилась!..

Настало время ужина, и дальнобойщики тянутся к дверям концертного зала: идут в столовую. Я затираюсь между ними и чувствую себя, как Теренс Хилл[46], который в одном из своих фильмов в отаре овец пробирается через вражеский кордон. Для меня все это – приключение. И, хотя ничего опасного в том, что меня поймают за руку без документов, нет, мне волнительно.

На стене перед входом в служебные помещения висят фотографии всех членов нашей группы, подобно объявлениям о розыске преступников, и стоят секьюрити. Я тычу в свое изображение и пытаюсь выглядеть соответственно тому, что видят охранники. Снимки были сделаны в самом начале тура, когда мы все еще были свежими. К тому же за время поездки у меня появились усы. Но меня узнают и пропускают.

Я могу попасть в свою костюмерную только через комнату Тилля. А его все еще нет. Хитрая лиса! Сейчас он точно находится в отеле и спокойно спит. Он ложится спать днем, как только есть возможность, потому что ночью любит сочинять стихи к песням. Правда, в дороге он выпил так много Red Bull, что вряд ли смог бы спокойно уснуть. Если только не опрокинул в себя стакан виски, с него станется… Я думаю о том, что нужно попробовать вылить немного Red Bull на молнию куртки-блеск. Вдруг поможет…