Читаем Седая девушка полностью

Ху-цзы за вестями в город пошел…

2-й крестьянин.

Почему до сих пор не вернулся домой?

Все трое.

Труден этот год и тяжел,Нельзя нигде обрести нам покой!

Дядюшка Чжао. Да… Три дня прошло, как Ху-цзы ушел в город…

1-й крестьянин. Уж не попался ли он в лапы японцам?

2-й крестьянин. Что ты! Не может быть, чтобы они так быстро здесь появились.


Все трое беспокойно оглядываются по сторонам. Вбегает Чжан Эр-шэнь.


Чжан Эр-шэнь. Вот вы где! Слыхали, что случилось?

Все трое(испуганно). Что случилось?

Чжан Эр-шэнь. Вчера вечером помещик Хуан, возвращаясь домой из города, зашел в кумирню укрыться от дождя и там увидел привидение.

Все трое(в испуге). Привидение? Неужели?

Чжан Эр-шэнь. Да, привидение. От испуга он, говорят, заболел.

Дядюшка Чжао. Видно, помещик так нагрешил, что даже привидения преследуют его.

Чжан Эр-шэнь. Да вот еще… говорят, что какой-то японский отряд занял город!

Все трое(испуганно). Что же нам теперь делать?

Дядюшка Чжао(нахмурившись). И куда это Ху-цзы запропастился?

1-й крестьянин. Да вот он! Глядите, Ху-цзы идет!

Все трое. Ху-цзы! Ху-цзы!


Вбегает Ху-цзы.


Ху-цзы(запыхавшись). Плохо нам будет… Всем плохо… (Поет.)

Взяли уездный город японские войска.Начальник уезда скрылся — его не найти нигде,Наши войска разбиты были японцами в прах,И только народ остался, покинутый ими в беде.Части гоминдана из города ушли,Людей, ни в чем неповинных, грабят, хватают, бьют.В городе нынче зверствуют японские войска,Стреляют, насилуют женщин, дома разрушают и жгут.

Все. Бросили народ на произвол судьбы, и никому до нас нет дела! (Взволнованно.) Как же нам теперь быть?

Ху-цзы(поет).

Еще чудесная молва прошла с недавних пор:Из западных краев сюда большой отряд идет,На знамени его призыв: «Захватчикам отпор!»Войска идут японцев бить, освобождать народ!И могут (говорили мне) за ночь они пройти,Как витязи небесных сил, две сотни ли пути.

Все. Это верно? Это правда?

Ху-цзы(продолжает петь).

В Пинсингуане схватка их с врагом была кратка:Захватчиков прогнали прочь чудесные войска.Они на север напролом, без отдыха идут…

Все. Так что же это за войска?

Ху-цзы. Сказали — армией Восьмой ту армию зовут!


С заступом в руках вбегает Ли Шуань. Издалека доносится песня Восьмой армии.


Ли Шуань(встревоженно). Эй, эй! Живей! Я только что с поля; я видел, как с южного склона горы спускаются войска.

Все (в испуге). Что? Сюда идут войска?

1-й крестьянин. Но это не японцы?

Ли Шуань. Нет… Они не похожи на японцев… это китайские войска!

2-й крестьянин. Уж не разбитые ли это в боях солдаты?

Ли Шуань. Да нет, они не похожи на разбитых солдат! Вот они, глядите! (Показывает рукой вдаль.) Как стройно, как бодро идут… И прямо с юга на север…

Все (с надеждой). Сколько их? Откуда они?

Ли Шуань. И все как один молодые парни… Смотрите, на головах у них большие соломенные шляпы, и все они в башмаках, но без обмоток, а на рукавах у них большая цифра восемь.

Ху-цзы. Вот она, Восьмая армия!


Громче звучит военная песня. Все всматриваются вдаль.


1-й крестьянин(вскрикнул). Идут сюда! К нам сворачивают!

Голос за сценой. Эй, земляки, земляки!

Все. Беда! Сюда идут солдаты! Скорей! Бежим!


Все разбегаются. Появляется Да-со в разодранной одежде. За ним Да-чунь в военной форме.


Да-со. А здорово ты крикнул, Да-чунь! Так напугал земляков, что они пустились наутек! А ведь, кажется, среди них был дядюшка Чжао. (Кричит.) Дядюшка Чжао! Дядя Чжао!

Да-чунь(кричит). Дя-дя Чжа-о-о!


Перейти на страницу:

Похожие книги

Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература