Читаем Сделка полностью

– Меркелос. Оставь этого подлеца… поделом ему. Нечего было лезть за нами в горы, – с ненавистью процедил Харн, развязывая отощавший мешок. Но тут же обнаружил, что на этот раз тень и не подумала ему подчиниться, и с досадой рявкнул: – Мин! Ты не слышала мой приказ?!

– Все я слышала, – мягко отозвалась девушка, осторожно присаживаясь возле тела советника, и упрямо добавила: – Но это неправильно. Нужно осмотреть его карманы, у шпионов такого ранга может найтись много интересного. И хотя мне эти вещи не очень-то нужны, но оставлять их ему никак нельзя. Если он еще жив и оклемается, то начнет устраивать нам всякие пакости, а если не выживет – тем более ничего из его арсенала не должно попасть в руки кому-то еще.

– Лучше бы ему не выживать, – с холодной ненавистью выплюнул герцог и занялся сооружением места для ночлега.

Незачем говорить вслух, что он никогда не стал бы добивать раненого врага, но и желать ему здоровья, а уж тем более лечить не собирался. Зачем кривить душой, если Харн яро ненавидит негодяя и когда-нибудь им все равно станет тесно на одной тропе?

Но за копошившейся возле советника тенью герцог все же вполглаза наблюдал и с явным неудовольствием заметил, как девушка капнула на губы Меркелоса какое-то зелье. Лучше бы сразу дала ему яду, убивать потом не пришлось бы, – мелькнула яростная мысль и сразу растаяла во вспышке искреннего раскаяния. Объясняла же ему Таэльмина, что убивать ей пришлось первый раз в жизни, и он главный свидетель – ничего иного в тот момент девушке не оставалось. В первом случае она защищала свою жизнь, а во втором – его собственное тело.

Весьма некстати Харну припомнилось, в каком неприглядном виде ему пришлось валяться перед лаэйрой, и острая ненависть к врагам, придумавшим такую жестокую месть, вспыхнула в сердце с новой силой. А следом за ней и жаркая признательность к Таэльмине. Если бы тень не сумела его спасти, герцог Хатгерн Крисдано навсегда остался бы в истории прибрежных герцогств презренным извращенцем, случайно погибшим от воплощения своих диких фантазий.

– Вот. – Вернувшаяся к костру Таэльмина положила на ровное местечко собственную куртку, на которой лежала целая груда различных вещей.

Пара фляжек, одна золотая и миниатюрная, другая серебряная, походная, несколько кошелей и плоских дорожных шкатулочек, моток шелковой веревки и круглый серебряный пенал с секретным замком. А также амулеты, драгоценности и оружие разного вида. От обычного кинжала до подлых ядовитых игл и удавок наемных убийц.

– Вот тебе мешок, – мрачно рассмотрев этот арсенал, швырнул тени опустевшую суму герцог, – сложи все туда и надень куртку. Не хватало еще, чтобы ты простыла из-за этой сволочи.

Признавать вслух, как права была тень, настаивая на тщательном обыске советника, ему не хотелось совершенно.

– Это понесу я. – Таэльмина ловко перевесила на свой пояс пенал, малую фляжку и некоторые мелкие предметы, оставшись совершенно равнодушной к усыпанным камнями перстням и браслетам шпиона.

Хатгерн только скупо усмехнулся, все девушки и женщины, которых он знавал до сих пор, поступили бы совершенно иначе. И нельзя сказать, чтобы ему это не нравилось. Даже немного завидно стало, какая удобная жена достанется кому-то через три года.

Эта мысль неожиданно неприятно царапнула герцога, или это шевельнулось его мужское самолюбие, оскорбленное совершенным равнодушием лаэйры? Разбираться Харн не стал, постаравшись запихнуть в дальний уголок сознания всякие мысли на эту тему. Вовсе не о том ему надобно сейчас думать… или даже им обоим.

Постепенно глаза герцога привыкли к свету разгоревшегося костра и начали выхватывать из темноты и узнавать малопонятные ранее предметы. На груде камней у дальней стены Харн рассмотрел аккуратно сложенную кучку сухого хвороста и немедленно подкормил жиденький огонь, очень надеясь на какую-нибудь трещину, в которую будет уходить дым. Ведь не стали бы прежние хозяева пещеры жечь тут костры, если не было выхода для дыма? И вскоре убедился в правильности этой догадки, дым весело улетал к потолку, а жар разгоравшегося костра постепенно согревал неприютное помещение.

А затем Харн обнаружил широкую трещину за огромным остроконечным обломком, загородившим противоположную от входа часть пещеры, и, вооружившись горящей веткой, немедленно отправился ее обследовать.

– Что там?

Как выяснилось, лаэйра тайком приглядывала за его действиями и теперь стояла за спиной. Причем так близко, что Хатгерну казалось, будто он через одежду ощущает прикосновение и тепло ее девичьего тела.

Бред, конечно. Но почему-то очень волнующий бред… и лучше поскорее взять себя в руки, Таэльмина не станет долго раздумывать или сомневаться, если он попытается сейчас ее обнять. А испытывать на собственной шкуре сюрпризы, несомненно приготовленные тенью как раз на такие случаи, у герцога после демонстрации лаэйрой своих тайных умений не было совершенно никакого желания.

– Второй проход, – хрипловато буркнул он, усилием воли подавляя несвоевременные помыслы, – попробую посмотреть, куда он ведет.