Чтобы не завизжать позорно, как изнеженная фрейлина, тень крепко, почти до боли, сжала губы и тотчас ощутила, как руки Хатгерна точно так же стискивают ее саму, но протестовать не стала, заранее зная бесполезность любых слов. Только один человек всего несколько раз в жизни держал ее так же крепко, когда на Таэль обрушивались совершенно непредсказуемые опасности, и приходился он ей вовсе не отцом и тем более не братом.

Ганти был первым наставником Таэльмины, и она доверяла ему свято, как жрецу храма матери судеб. И учитель этого доверия никогда не предавал, каждый раз, когда было необходимо, вызволяя ее из ловушек и засад в самый напряженный момент.

Однако позже, когда он вдруг заявил, будто считает ученицу равной себе в ремесле и безропотно ушел, уступив место наставника Бенфраху, тень не поверила ни одному слову учителя и затаила на него обиду. И теперь порыв герцога невольно всколыхнул в душе девушки полузабытые воспоминания, оставившие после себя ощущение горьковатой пустоты.

А жуткое сумасшедшее движение по налитому чернильной темнотой тоннелю все не прекращалось, и тень успела сто раз пожалеть о собственной поспешности. Вот если бы не поторопилась слизнуть каплю зелья, позволявшего различать ночью все предметы вокруг, сейчас не пришлось бы зажмуривать глаза и вдавливать лицо в пахнущую дымом походную куртку Хатгерна, чтобы не смотреть на стремительно летящие на них уступы и повороты.

Харн лишь сильнее стискивал зубы, ощущая, как все теснее прижимаются к его груди вздрагивающие девичьи плечи, и в ответ старался обнять лаэйру как можно крепче, словно мог оградить ее этим от непонятной и неодолимой силы, тащившей их куда-то в глубины скалы. И почему-то чувствовал, как в душе просыпается незнакомая прежде самодовольная гордость мужчины, выбранного в защитники такой незаурядной девушкой.

Глава двенадцатая

Движение прекратилось так же внезапно, как началось. Туман словно выплюнул пленников в неведомое место, и герцог неожиданно почувствовал себя лежащим на чем-то довольно твердом.

– Проклятье, – тихо выдохнул он и не думая выпускать из рук куда-то дернувшуюся лаэйру, – ни зги не видать.

– Отпусти, – полузадушено пискнула тень, – я дам тебе зелье кошачьего глаза… Мы в какой-то пещере, и тумана больше нет.

– А ты уже выпила? – сразу подозрительно прищурился Хатгерн, и Таэль огорченно вздохнула.

Меньше всего она хотела бы вызвать недоверие подопечного, еще неизвестно, сколько времени им придется вместе выбираться из плена странных стражей Граничных гор.

– Всего за минуту до того, как нас понесло, – чуточку сплутовала Таэль, – не успела тебе предложить.

– Не нужно. Не криви душой. Я понимаю, отчего ты так поступаешь, – мгновенно забыв недавние ощущения, холодно отозвался герцог, – и ничуть тебя не корю. Впереди у нас неизвестность… а флаконы у тебя крохотные.

– Зато зелья усиленные! – вспыхнула от обиды тень. – Подставь ладонь, я капну. И больше никогда не смей сомневаться! Просто мне в тот момент что-то показалось подозрительным, вот и не решилась рисковать. Пузырек и в самом деле маленький, выронить легко, а найти среди камней трудно.

– Убери зелье, побереги на крайний случай, – все еще непримиримо буркнул Харн, наугад шаривший рукой в мешке, – я сейчас факел зажгу.

Чиркнула дорогая алхимическая спичка, и ее яркая вспышка озарила узкий темный овал прохода, поблескивающие свежими сколами гранитные стены довольно просторной пещеры и темнеющее посреди нее пятно кострища. В следующую секунду робко разгорелась сухая щепка, одна из тощего пучка, предусмотрительно набранного Харном в лесу. А уже через минуту на старых углях весело заплясал веселый костерок, разгоняя тьму, прохладу и нежилой дух этого убежища. Тень тем временем неторопливо обходила пещеру по кругу: вдолбленное в нее наставниками правило предписывало прежде всего тщательно осмотреть место, где собираешься отдыхать. И внимательно проверить, нет ли поблизости чего-нибудь или кого-нибудь опасного. Или полезного.

Всего через несколько шагов Таэльмина обнаружила чье-то окровавленное тело, лежащее под самой стеной, за небольшим барьерчиком из камней, и окончательно убедилась в правоте намертво заученных наставлений мастеров – теней.

– Харн! – негромко окликнула девушка, не решаясь приблизиться к страшной находке в одиночку.

– Отойди оттуда! – тотчас скомандовал мужчина, расслышав тревогу в голосе лаэйры, и тайком порадовался ее выучке.

В опасных случаях жена не начинала ныть, капризничать или падать в обморок, а точно и, главное, молча выполняла все его приказы. Вот и сейчас покорно отступила на пару шагов, пристально следя за герцогом, и незаметно положила руку на пояс с оружием.

А Хатгерн выхватил из костра горящую ветку и осторожно подобрался поближе к лежавшему ничком таинственному незнакомцу, намереваясь рассмотреть его как следует. Но почти сразу же зло ругнулся и шагнул назад, возвращая огню отнятую у него хворостину.

– Ты его знаешь?

– Ты тоже. Не пойму, как он оказался тут раньше нас?

– Кто это? – не сдвигаясь с места, не пожелала догадываться Таэль.