Читаем Сборник стихов полностью

Читаю, слышишь, по пути: «ВчерашняяРаиса Львовна» и «ВчерашнийГригорий Маркович». Пустяшнаяирония, а так — покой всегдашний.Прошёл к родным могилам и прибрал их.Немного белых положил, немного алых.Пластмассовые два стаканчикадостал, кусочек хлеба,ты замечала, что на кладбище,всегда синее небо,чем в городе? потом налил грамм по стосебе и фотографии с погоста.«Сын, — я сказал, — напрасно ты,неправильно всё это, рано,и потому теперь мы разняты,незаживающая рана…»Потом пешком от Невскойзаставы шёл, а ветер нынче резкий.Слова сказал без осуждения,но, кажется, чуть с укоризной.Смерть превращает день рожденияв трагедию, она зовётся жизнью.Как ты считаешь, Лида? Спишь? Сегоднямне костью в горле промышление Господне.

ПРИЁМНЫЙ ДЕНЬ

Жена поднимается в пять,ещё за окном темно.У нас так рано вставатьиздавна заведено.Я поднимаюсь в шесть,тоже не поздний час.Выпал снег? Так и есть.Я зажигаю газ.Вижу: полуодетая у окнаполуспит, и я полусплю,а потом онагладит юбку свою.Не разминёшься вдруг,тесно. Хоть мы годавместе, но стесняемся другдруга-то иногда.Раньше раздетых телмы не стыдились с ней,видно, ангел слетел,который скромней.Ангел не любит спешить.Нам этот день с женойнадо усыновить,чтобы он стал родной.

ОДА ОСЕНИ

Когда всей раковиною ушнойприльну, в саду осеннем стоя,к живому, чувствую душойс землёй всецело феодальное родство я.Тогда я завожу интимнывсепрославляющие гимны.Бывает, что безмерно засмотрюсь,заслушаюсь и мигом пылкос жестоким миром замирюсь, —я, высших милостей усердная копилка!Чу! Тонкую тропинку, верно,перебежала горна серна.Уж затевает шахматы листва,на тихий пруд слетая мелкий,секунда в воздухе, чиста,висит, как на флажке, необоримой стрелкой.То осень, осень златовласаждёт окончательного часа.Мы станем с ней ушедших поминать.Ни золотых монет, ни медисвоей мне не на что менять.Пусть боголюбые мне жизнь сулят по смерти,каким бы ни было жилище,такой не будет духу пищи.Не будет. Я всегда хочу домой, —единственный бесценный дар мой.Фрагмент ограды — струнный строй —в развилке дерева мелькнёт горящей арфой.Погаснет? Я и сам немею,но быть нерадостну не смею.

БАЛЛАДА О ЛЮБВИ

Перейти на страницу:

Все книги серии Знамя, 2012 № 02

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное