Читаем Сборник статей полностью

Отечественная печать оказала несомненные и весьма важные услуги русскому обществу в последние годы: сознание своих заслуг привело ее в некоторое упоение, она возымела чрезмерное доверие к себе и презрение к живым лицам и существующим фактам жизни. Она заразилась тираническими склонностями. В подобном состоянии находилась печать на западе в конце XVIII века, и вот что говорит об этой эпохе Гизо: «К торжеству человеческого разума в конце XVIII века присоединилась доля заблуждения и тирании, — доля несомненно значительная; не будем обманывать себя и признаемся в этом открыто и громко. Эта доля заблуждения и тирании была в особенности последствием упоения, в которое повергнут был человеческий разум беспредельностью приобретенной им власти. Обязанность и, по моему мнению, заслуга нашего времени заключается в сознании той истины, что всякая власть, умственная или материальная, кому бы она ни принадлежала, правительствам или народам, мыслителям или государственным людям, в какой бы сфере она ни действовала, — что всякая человеческая власть носит в самой себе враждебный недостаток, зародыш слабости и злоупотреблений, необходимо требующий точного определения ее формы и размеров. Общая свобода всех прав, всех интересов и мнений, свободное раскрытие всех влияний и законное совместное существование всех их — вот единственная система, при которой всякая сила, всякая власть может быть заключена в законных пределах, без стеснения для других общественных элементов». Что для других миновало, то у нас еще только переживается.

Возвращаясь к киркоровской истории, мы можем сказать, что она есть только естественное проявление ненормальности отношений между литературою и обществом, что здесь литературному насилию, литературной тирании оскорбленные члены общества противопоставили насилие силы, тиранию угроз физических. Мы не видим никаких разумных оснований ликовать при этом случае выбивания клина клином, при этом случае замены одного более тонкого, более духовного и во всяком случае более сносного деспотизма другим, более вещественным и более осязаемым. Мы признаем в поступке Киркора достаточный повод к привлечению его к ответственности, но мы имеем в свою очередь право взглянуть на основательность и несовременность мер, предпринятых обиженными к наказанию обидчика. Но об этом в другой раз. А теперь повторим, что мы и против тирании печати над обществом и его членами, и против непосредственных расправ общества и его членов с печатью; мы стоим за свободу и неприкосновенность прав и печати, и общества, и желаем, чтобы насилия и оскорбления, наносимые ими друг другу, рассматривались и решались на нейтральных, международных, так сказать, судилищах. В противном случае для печати создается враг более сильный, чем цензура и чем самое ретроградное правительство; этот враг — каждый в массе.

Предполагаемое авторство Н. С. Лескова. 1869 год.