Читаем Сарматы полностью

Вечный город, основанный легендарными братьями Ромулом и Ремом на семи холмах, вершитель судеб многих государств и тысяч людей, к которому так стремился Умабий, встречал его. Боспорский купец Ахиллес Непоседа был прав, когда называл его величайшим. Город оказался достойным этого. Окруженный виллами знатных граждан и защищенный мощными высокими стенами и башнями из камня, он звал гостя из далекой варварской страны войти в него, окунуться в бурлящую жизнь, непохожую на размеренную жизнь степей. Ушло в прошлое время, когда Рим был всего лишь небольшим городком, крошечной родинкой на теле Апеннинского полуострова, неоперившимся птенцом среди хищных сородичей, готовых его поглотить. Птенец рос при первых царях, набирался силы при республике и, наконец, став империей, возвысился над остальными. Расправив крылья, охватил он ими земли от Британии до Парфии, вгрызся хищным клювом в земли германцев, крепко вцепился когтями в Карфаген и Египет, сделав таким образом Средиземное море своим внутренним. И вот теперь он поражал Умабия многолюдьем и богатством, собранным в столицу со всех земель, когда-то покоренных империей и ставших ныне ее частью. Разве могли сравниться с величием и огромными размерами Рима ранее виденные Умабием города? Конечно нет. Ровные, выложенные камнем улицы, широкие площади-агоры, называемые римлянами форумами, триумфальные арки, статуи, дворцы, базилики, храмы, портики для прогулок, акведуки, снабжающие город водой — все это производило на Умабия неизгладимое впечатление. Но в первый день пребывания в Риме впечатлений для Умабия оказалось слишком много, чтобы усвоить увиденное. Котис, заботясь о сотоварище, пообещал, что у них еще будет достаточно времени для более внимательного знакомства с городом. Пока же главной их целью была встреча с императором Рима — Клавдием. Умабию удалось узнать, что нынешний император обрел власть почти семь лет назад. Его предшественник Гай Цезарь Калигула, получивший свое прозвище от калиг — обуви, которую носили римские легионеры, был самодуром и извращенцем. Возомнив себя богом, он позволял себе любую отвратительную прихоть, за что и был убит своими же охранниками-преторианцами во время празднования Палатинских игр. Рим, поневоле обувший свою ногу в «сапожок» императора, почувствовал, что он до боли сдавливает ее, и постарался избавиться от такой обуви… Клавдий, будучи свидетелем убийства, спрятался в Палатинском дворце за занавеской, боясь, что его постигнет та же участь, но воин по имени Грат нашел Клавдия и отвел в лагерь преторианцев, где его провозгласили императором. Предыдущие императоры Август и Тиберий считали его слабоумным и непригодным для государственных дел, а Калигула и вовсе издевался над своим болезненным и некрасивым родственником, да и сам Клавдий не помышлял когда-либо занять место правителя Рима. Но, придя к власти, обладающий пытливым умом и склонностью к наукам, он показал себя мудрым и твердым в исполнении своих решений правителем. В первую очередь он привел преторианцев к верности и повелел казнить заговорщиков Херея, Лупа и Сабина, виновных в убийстве предшественника. Сенат и народ Рима относились к новому императору с уважением, хотя заговоры и мятежи, направленные против него, имели место. Проявил он себя и как полководец. Будучи немощным, он возглавил руководство походом в Британию и благодаря таланту своих военачальников добился успеха. К империи присоединили Мавританию, под полную власть Рима подпали Ликия, Фракия, Иудея. Успешными оказались и другие деяния Клавдия.

Умабию не терпелось встретиться с этим человеком, но Клавдий занемог, прием откладывался на неопределенный срок. Посольство с соизволения сената и императора любезно принял в своем доме Сервий Цецилий. Умабия удивляло его жилище, не похожее на те, в которых кочевали сарматы, в нем все было сделано для удобства и приятного времяпрепровождения. Просторные комнаты, украшенные мозаичными картинами и росписью стены, мебель, статуэтки, бюсты, утопающие в зелени дворики с фонтанами. Более всего Умабия изумили туалетная комната, ванна и пол, который, как он узнал, мог нагреваться в прохладные зимние дни. Но, несмотря на все удобства жилища, сармат с превеликим удовольствием променял бы «каменный шатер» на повозку или место у костра в степи. Поэтому большую часть свободного времени Умабий проводил с Котисом и Гордом, гуляя по Риму в сопровождении своих телохранителей, трех гладиаторов Сервия Цецилия и проводника по имени Гней Виниций. Этого малорослого, веселого и разговорчивого римлянина с непомерно большой головой и выпуклым лбом приставил к послам сенат. Для Умабия и Горда все в огромном городе было внове. А Котису Рим — старый знакомец. Юношей, его в качестве заложника отправил сюда отец Аспург, чтобы убедить своих римских покровителей в искренней дружбе, а заодно дать сыну достойное образование, к которому тот стремился. Котис прожил в Риме три года и вот теперь встретился с ним вновь.