Читаем Санаториум (сборник) полностью

Пока Вадим вытирается, Мила достает посуду, протирает тарелки и приборы салфеткой.


ЛИНА (смеется). Если б я был султан, я б имел трех жен…

МИЛА. А вот жен как раз у него нету. Ни одной!


Вадим садится за стол. Лина наливает ему суп, режет хлеб. Пододвигает салат. Садится.


ЛИНА. Ну садись и ты, Милочка. Полюбуйся на своего начальничка, как он ест.

МИЛА. Я каждый день его на работе кормлю и им любуюсь.

ЛИНА. Везет человеку. Я тут с огородом и кошками не успеваю толком поесть. Только к выходным что-то готовлю, чтобы вы не голодали.

ВАДИМ (глядя в окно). О! Опять эта девочка с коляской. И он.

ЛИНА (взглянув). Она к Мишке пришла.

МИЛА. А кто это с ней?

ЛИНА. Да это и есть Мишка, сын бригадира Алика. Они – о! Опять, я вижу, в душ пойдут. Там у них дом свиданий.

МИЛА. Вот это да. (Угрожающе.) Вот это да!

ЛИНА (смеясь). Вадим, посмотри, они в наш душ залезли! Так… Закрылись.

МИЛА. Лин! Ну ты что! Ну гони их… Такая антисанитария!

ЛИНА. Да ладно. А куда им деваться. Это же его отец душ построил. Раньше парень ее в овраг водил… Чего хорошего. Жалко было девочку.

МИЛА. А родит она опять? Не жалко девочку? Совсем маленькая.

ЛИНА. Так и так родит.

МИЛА. А, он тогда женится? На подмосковной москвичке? Это его цель? Понятно.

ЛИНА. Да нет, он женат дома. Там, в горах, у него двое детей. У него в четырнадцать лет уже ребенок должен был быть, его и женили. Девушка старше его была. Алик, его отец, следит за ним строго. Но парень уже три месяца без семьи тут. А в сауну они его с собой не берут, чтобы не узнал туда дорожку. Тогда он все там оставит, что заработает. Вообще оттуда не выберется. Там бабы дело свое знают, человека обчистят, он и не пикнет, они сказали! А тем более такого дурачка деревенского, как Мишка. Ему же двадцать годков стукнуло только что!


Мила смотрит в окно, кусая губы.


Вадим, завтра приедут за котом, за Патриком. С ценой они согласны. Да какая это цена, если родословной нет? Так, за красивые глаза. Как ты думаешь, покрывать Генриетту или подождем? Она ведь еще молодая… Хотя уже орет. Истощится раньше времени. Пусть еще покормит котят? Или уже будем выставлять их в Интернете? Я сфотографировала всех четверых. Получилась уморительная сцена, трое сидят в рядок около корзинки, смотрят на Пуську, а Пуська еще не вылезла и выглядывает, сама мяучит. Пусси я бы оставила себе. Это чудо просто. Шоколадная и пушистая, как веник.


Вадим, сидя спиной к зрителям, кивает.


Я не поняла. Ты что решил? Ну потом найди время, три минутки, пойдешь посмотришь, оценишь Генриетку. Через неделю привезут голых кошек. Представляешь, без предоплаты. Посмотришь мои фото в компьютере?

МИЛА (смотрит в окно). Душ ходит ходуном. Сейчас опрокинут дом свиданий.

ЛИНА (показывает на экран). Посмотри, вот они.

МИЛА. Да дай ты человеку поесть!

ЛИНА. Да, Вадим наш поест, а потом включит телевизор, сядет в кресло и заснет. И не добьешься никакого ответа.

МИЛА. Сама, все сама делай. Не приставай к нему. Душ качается. Он так устает. О. Сейчас вообще рухнет у вас. Сотни людей идут к нему. Всё, заваливается, я чувствую. И у него Америка сегодня ночью, это еще счастье, что он нашел время заехать сюда. Как он ее трясет…


Входит обезумевшая ДАША, оглядывает комнату.


ЛИНА. Господи. Что опять? Что ты, не поехала? И правильно! Садись, как раз будем чай с тортом. А, Вадим, Даша с Николкой к нам приехали. Из Питера.

ВАДИМ. А, Даша, привет. Как дела?

ДАША (старается говорить медленно). Привет-привет. Дела ничего. Николка не прибегал?

ЛИНА. Николка ушел?


Даша кивает.


МИЛА. Да! Довоевалась. (Смотрит в окно.) Сейчас все рухнет.


Даша садится за стол.


ЛИНА. Есть будешь? (Даша кивает.) У него мобильник есть? (Даша кивает.) Не отвечает? (Даша кивает.) Ну ничего. Надо будет, он позвонит. (Даша кивает.) Ты ему что-нибудь говорила? (Даша кивает.) Ну вот, он и сбежал. Испугался. (Даша кивает.) Ничего, обнаружится. Ему самому страшно будет. У нас поселок хороший, люди живут из Большого театра и МХАТа, старые актеры, певицы и художники на пенсии, бесконечные дачные участки, но ведь людей никого не видно, одни заборы и деревья, ничего нет. Это не город, где можно зайти в магазин. Погуляет и позвонит. (Даша кивает.) Будешь суп или сразу второе? Фрикадельки? (Даша кивает.)


Лина ставит в микроволновку тарелку с супом.


ДАША. А как тут в полицию позвонить?

Перейти на страницу:

Все книги серии Петрушевская, Людмила. Сборники

Похожие книги

Салихат
Салихат

Салихат живет в дагестанском селе, затерянном среди гор. Как и все молодые девушки, она мечтает о счастливом браке, основанном на взаимной любви и уважении. Но отец все решает за нее. Салихат против воли выдают замуж за вдовца Джамалутдина. Девушка попадает в незнакомый дом, где ее ждет новая жизнь со своими порядками и обязанностями. Ей предстоит угождать не только мужу, но и остальным домочадцам: требовательной тетке мужа, старшему пасынку и его капризной жене. Но больше всего Салихат пугает таинственное исчезновение первой жены Джамалутдина, красавицы Зехры… Новая жизнь представляется ей настоящим кошмаром, но что готовит ей будущее – еще предстоит узнать.«Это сага, написанная простым и наивным языком шестнадцатилетней девушки. Сага о том, что испокон веков объединяет всех женщин независимо от национальности, вероисповедания и возраста: о любви, семье и детях. А еще – об ожидании счастья, которое непременно придет. Нужно только верить, надеяться и ждать».Финалист национальной литературной премии «Рукопись года».

Наталья Владимировна Елецкая

Современная русская и зарубежная проза
Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза