Читаем Рывок в будущее полностью

Киваю. Адъютант мой Александр Бакарович Багратион-Грузинский отводит гонца в сторону и фиксирует в журнале донесение. Дает ему чайку из «личного термоса Царевича» хлебнуть. Прижившаяся уже у нас форма поощрения. Почти медаль. Внукам будет рассказывать.

Пока в целом тихо. Пушки молчат. Французы не поняли, что там у них за светопреставления вдруг случились.

Впрочем, вот и первые раскаты слышны. Что же настало время водить в бой стоящий за холмом запасный корпус борона фон Ливена.

– Пётр, – подзываю я молодого Румянцева, – скачи к Юрию Григорьевичу, передай что, как луч дальше перенесут, пусть выступают без промедления.

Будущий Задунайский козырнув скрывается в ночи. Мы стараемся не шуметь. Но туман над рекой скрывает нас от Морица Саксонского, а правобережным французам разве что только бьющий с горы свет и видно. Остальное на его фоне меркнет. Потому, после отправки в бой кавалерии, факелы в наших пикетах разожжены. А Ливен – генерал хороший, но, всё же, излишне острожен, так что не мешает ему и напомнить, что пора и основным силам взяться за дело.

Слышатся канонада. Очухались французы? Нет, это из крепости. Со стен им лучше видно, чем французам. А комендант Хоббе Эсайас ван Айлва и эрбгерцог Карл Аренберг труса не празднуют. Вижу там на нашем берегу вспышки. Значит, голландцы из Вика начали встречную вылазку и фон Левендалю будет не до того, чтобы за таинственным сиянием, льющимся с холмов у Кандиера наблюдать.

– Пётр Фёдорович, – говорит Ласси, – голландцы навстречу ударили, пора бы свет переносить, а то слепит их.

Киваю. Что-то я замешкался.

– Командуйте, Петр Петрович, – отвечаю, – перенесем южнее, Ливену сейчас там нужнее будет подсветка.

– Да, там д’Альбер, он опытен биться ночью, – соглашается генерал-фельдмаршал.

– Ну вот мы его и выведем на свет, – пытаюсь пошутить.

Надеюсь, что шучу не слишком нервно.

Ошеломить – значит победить. Сегодня нам удалось ошеломить. Но это всегда только половина победы. Боем в эти времена трудно управлять, да ещё в предрассветный час. Там внизу, у Маастрихта, у каждого своя война и своя победа.

– Соединились с голландцами.

– Артиллерия центра захвачена.

– С левого берега начинают палить.

С каждой минутой прилетают вестовые и приносят новые сообщения.

– Петр Петрович, – спрашиваю наставника своего, – может пора Нартову выступать.

– Рано, Пётр Фёдорович, – сначала пусть наши пройдут город и расположатся за Адскими Воротами.

Верно. Спешу. Мы беспорядочный обстрела потерпим, а вот нашим штурмам на левом береге нужно будет шанс дать.

– Можем единорогами поддержать, – советует Ласси.

– А не далеко?

– Немного, но мы на сто аршинном возвышении.

Киваю.

Ласси распоряжается. Собственно он и ведёт это сражение. Я тут так, лицом торгую. Придаю солидности бою. Мало что от меня сейчас зависит.

Наша экспериментальная батарея начинает пристрелку.

И вижу, что начинает доставать! Не всегда. Половина ядер и бомб достаётся Маасу. Но французы переносят огонь «на батареи противника». Они не могут знать дальность наших гаубиц. Потому палят туда, где должны быть по их мнению наши орудия. А там как раз генерал-лейтенанты д’Альбер де Люин пытается организовать контрнаступление.

Старик Мориц пороха не щадит. У нас не нашлось бы столько для этого фланга сражения. Ну, что ж, «туман войны» порождал и не такие недоразумения. «Дружественный огонь» никто не отменял.

Видит эту пальбу и фон Левендаль. У него сейчас тысяч пятнадцать по рукой. Но, по ним уже бьют со стен фортов, бьют, захваченные нами французские орудия, и наша, спустившаяся неспешно с гор, артиллерия.

– На юге враг сдался, – приносит благую весть новый гонец.

– Генерал д’Альбер? – не успеваю договорить…

– Убит, – выдыхает измазанный в грязи, измождённый, но радостный боец.

Ну что ж не одному же д’Артаньяну (то ли генералу, то ли маршалу, не помню) под этими стенами погибать. Вот и герцог де Люин присоединился к реальному графу-мушкетёру.

– Молодцы, – говорю кивая, и Александр Бакарович забирает очередного «Фидиппида» на отпаивание. Не битва при Марафоне. Гонцов тоже беречь надо.

Другой курьер что-то доносит Ласси. Слышу, как тот посылает к Нартову. Похоже, что скоро наши ударят с голландцами из Адовых Ворот в сторону форта Петр. А значит им нужен шум для отвлечения.

Ракеты мы до ума не довели. Но, они уже втрое от своих будущих майсурских сестер дальше летят. И с таким скопление противника у левого берега нам не критично их большее рассеивание.

Залп. Залп. Залп.

Мысленно вижу радостное лицо Степана Андреевича. Он с таким о первом полноразмерном планере докладывал и об их с Катариной первенце. Двое уже у них. Родит жена его пока мы в походе. Лишь бы сам счастливый папаша не полез перезаряжать. А то, как мне потом Кате в глаза смотреть? Да и нет у меня пока никого лучше для освоения неба.

Кажется, что и удар на форт Святого Петра удался. Надеюсь, принудим французов к отступлению.