— Ладно, Валера, всему есть своя цена. Твоя цена за свободную безбедную жизнь одна: работать с нами! Так что, плати по законам буржуазного общества! Знаешь анекдот про старика и золотую рыбку?

— Рассказывай!

— Спросила рыбка, чего хочет старик, а он ответил, что хочет быть Героем Советского Союза. Вмиг он очутился в гуще войны, на переднем крае с гранатой в руке перед четырьмя немецкими танками! Вот такое исполнение желаний! Как и у тебя, дорогой мой парижанин. Все дается не так просто.

— Да, ладно тебе мякли мне вешать! Не хочу быть «Героем Советского Союза», хочу просто жить! — Валера понял смысл не анекдота, а того, что хотел этим сказать Егор, и от этого взъярился. — Сам знаешь, если читаешь мои отчеты, что начинаю потихоньку создавать то, о чем договорились там, в Москве. Мне люди нужны, а их нет. Мы пока вдвоем с Надей.

— Люди будут! Обещаю! — Егор подмигнул Валере и пошел к машине.

Заключение

Февраль 1978 года. Вашингтон. Главный советник президента США по военным вопросам, министр обороны США Гарольд Браун, в прошлом ученый-ядерщик, ранее работавший в Ливерморской лаборатории, второй раз читал материалы. Первое прочтение, просмотренное им бегло, перед заседанием Специального координационного комитета Совета национальной безопасности США, ужаснуло его, а изучение более внимательное, с выделением вопросов, которые он считал наиболее опасными, нарисовало перед ним мрачную картину в его хозяйстве. В вопросах противостояния с Советским Союзом он, опытный физик-ядерщик, хорошо понимал, что означала ядерная оснастка и ДОРА[138] этого супероружия русских — сверхдальней гиперзвуковой крылатой ракеты «Болид», описанная в записке ЦРУ. Прибыли «маленький поляк», Збигнев Казимер Бжезинский, университетский профессор, ставший одним из самых влиятельных людей в стране, государственный секретарь США Сайрес Вэнс, приверженец «новых рубежей» и ортодокс агрессивным взглядам Бжезинского. Директор ЦРУ адмирал Стэнсфилд Тернер, одноклассник президента США по учебе в Аннаполисе, которому он доверял настолько, что упразднил работу Консультативного совета президента внешней разведки (PFIA).

Четырехзвездный адмирал, «суперпризрак», как называли его некоторые за безудержное переоснащение спецтехникой ЦРУ, включая самые новейшие продукты, на деле, прекрасно разбираясь в технических вопросах, он на рациональной основе поднял уровень разведработы на самую высокую, недосягаемую ни для кого в мире ступень. Прибыли еще трое участников — председатель Объединенного комитета начальников штабов и двое наблюдателей: министр юстиции и директор АНБ. Ждали только главу Совета безопасности.

Президент Джимми Картер вошел в зал заседаний, оглядел присутствующих, отметив про себя, что расселись все по своим политическим устремлениям, и, откашлявшись, начал:

— Господа, мы собрались, чтобы услышать ваши мнения. Прежде всего меня интересует степень опасности для страны, возможные варианты противостояния и степень последствий… Ну, вы понимаете, в случае применения! — последнюю фразу он сказал, уже усаживаясь в председательствующее кресло.

Создалась молчаливая пауза, которую нарушил министр обороны:

— Оружие серьезное и неожиданное для нас. Эти крылатые гиперзвуковые ракеты могут протыкать нашу ПРО, как иголки ткань. Большая степень защиты навигационных приборов и новейший способ наведения на цель по радиолокационным картам, учитывая продвижение снаряда на высоте 15 миль. У нас пока нет активного средства подавления.

Министр обороны открыл папку с материалами, полистал и нашел нужную страницу:

— Боевая часть — термоядерная АА-19 с зарядом «910» и мощностью до 300 килотонн или ядерная АА-81, масса 528 кг. Опасный и мощный заряд, к тому же учитывайте, что летит не одна или две, а происходят залповые выстрелы с подводных лодок, тяжелых бомбардировщиков и с земли. Эта туча на сверхзвуковой, порядка 3 Маха и выше, скорости спокойно достигает наш континент и распределяется по городам для нанесения точного удара. Их много, они хорошо защищены, у них точные цифровые радиолокационные карты нашей местности, они сами управляются своим интеллектом. Спутники каждые 36 часов обновляют карты. Туча мрака опускается на страну!

Президент мрачно смотрел на министра обороны, потом перевел взгляд на остальных участников встречи.

— И почему такое произошло? — задал он вопрос, который опять повис в тишине.

Госсекретарь, поерзав на месте, решительно сказал: