Читаем Русский голем полностью

«Красное огненное погребение» предлагалось противопоставить захоронению в землю. Троцкий призывал вождей революции подать пример пролетариату и завещать свои тела для сожжения в печи. В объявленном конкурсе победил проект архитектора Осипова, предлагающий превратить в крематорий храм святого Серафима Саровского в Донском монастыре. Он действовал до 1973 года. В Ленинграде подобное дело возглавил племянник Урицкого Борис Каплунов. Его лозунгом было: «Сожженным имеет право быть каждый умерший гражданин».

А вырывающийся из пятиконечной звезды «вечный огонь» советских мемориалов? Он и по сей день горит в русских городах. Атеистическое сознание считает его лучшим памятником погибшим воинам.

Это теперь в «цивилизованных» странах покойников сжигают под предлогом экономии земли. Исследователи связывают возвращение этого обряда в Европу с возобновлением ордена друидов. В древности, когда проблем с нехваткой земли не было, кельтские жрецы испепеляли мертвых совсем по другой причине. По той же самой, что и в Индии… Но особенно страшно, когда так поступают с покойными, точнее, бес-покойными потомками христиан. Разве можно сказать о Елене Рерих, что она — «упокоилась»? Пока в течение нескольких лет решался вопрос о захоронении, ее обугленные кости лежали в коробке под кроватью одной из московских рерихнутых интеллигенток. Страшные лжемощи! Диавольскую пародию попустил Господь. Да, ведь сама Елена Ивановна, «неоднократно встречаясь с Христом», писала: «Пора сжечь мощи, следуя завету Христа».

Следуя символической логике событий, «право быть сожженным» получит каждый гражданин всемирной империи антихриста.

Почтовая открытка, изображающая первый крематорий, предназначалась для поздравлений с новыми праздниками.

Штайнер: педагогика смерти

Однажды в странном видении Карл Юнг увидел летящего по небу старика с рогами быка. Крылатый демон оказался хромоногим и назвался Филемоном. Он нес четыре ключа, словно хотел отомкнуть какой-то замок. Впрочем, Юнг открыл ему душу сам. Демон стал учителем швейцарского доктора. Тот, правда, сначала побаивался рогатого собеседника. Но вскоре утешился. Один ученый индус, друг Ганди, объяснил ему, что большинство гуру — это духи умерших людей.

…На нас пристально и серьезно смотрят темные, блестящие глаза. Знакомьтесь: Рудольф Штайнер. Крупнейший оккультист XX века, последователь и исследователь Гете. Создатель оккультного центра Гетеанум и издатель журнала «Люцифер»[91]. Он являлся наставником многих знаменитостей. Например, германского фельдмаршала фон Мольтке. Его учениками были такие русские литераторы, как Максимилиан Волошин и Андрей Белый…

Штайнеру с детства открывались невидимые другим «сущности». Впервые он пережил опыт ясновидения в семь лет, увидев (за многие километры) картину самоубийства сестры своей матери. И пошло: сначала он встречается на астральном плане с Христианом Розенкрейцем, а потом и с самим «Христом». Эта встреча была, как подражание евангельской истории с апостолом Павлом, шествовавшим в Дамаск. Но вот одно отличие. «Спасителя» Штайнер вызвал на контакт сам — с помощью медитации. Постигший «науку тайноведения», он не понимал, что с ним происходит на самом деле. Этот «мудрец» писал, что на высшем уровне посвящения человек должен пережить «диссоциацию воли, чувств и мышления, физическим проявлением которой является сумасшествие». Да, «вершиной» духовного развития несчастного стало то, что через него начал говорить и действовать «архангел Михаэль». Он-то и поручил основать «новые мистерии». Именно с такой целью строился Гетеанум. Для малого зала этого «дворца мистерий» Штайнер лично нарисовал эскиз скульптурной группы: впереди с поднятой рукой шествует «Христос», рядом с ним склонились под тяжестью страданий Люцифер и Ариман. Лицо «Христа» асимметрично (таким его, наверно, и видел визионер). Эта «антитроица» должна была символизировать люциферовское и аримановское влияние на «Спасителя».

Это и будет человек шестой расы, основоположником которой считал себя Штайнер.

Развивая мысли Гете, Штайнер считал, что современному человеку необходимо соединить ясновидение, опыт духовидчества с точными научными методиками. То есть дары инфернального мира — с рациональной работой собственного рассудка. Он писал, что теософ «учится познавать страшные силы, угрожающие жизни со всех сторон. Для него становится возможным заставлять служить себе силы и существа, которые изъяты из чувственного восприятия». Чем не Фауст XX века?