Читаем Русский голем полностью

«Каждую весну он испытывал близкую к патологии «охоту к перемене мест». Дромомания проявлялась так: внутри Н.Федорова начинал звучать повелительный голос, требующий уйти. И каждую весну, по крайней мере во второй половине жизни, он либо брал официальный отпуск, либо, если его не давали, скрывался и уезжал к Н.Петерсону (его почитателю. — Ю.В.), к которому испытывал чувства известного свойства[79]. Эта тяга и эротическое возбуждение были причиной его многочисленных срывов еще во времена школьной службы, когда весной, как раз в момент подготовки к экзаменам и завершения учебного года, он все бросал и уходил. По признанию того же Н.Петерсона, «занятия в музее, т. е. занятия по разыскиванию книг, очень его тяготили». Тем более что он также патологически не мог долго сидеть на одном месте, его все время что-то толкало к движению, было постоянно жарко, как известному «учителю жизни» Порфирию Иванову, одержимому бесом»[80]. Воспоминания современников рисуют нам философа как человека, мягко говоря, неуравновешенного: «Речь его была неожиданно страстной, глаза горели, голос срывался, на присутствующего противника сыпались сарказмы, брань, негодующие крики. Трясущимися от волнения руками искал он в карманах своего пальто искомканные бумажки, исписанные неровным, дрожащим почерком».(20).

Но как же восстановить людей из праха? «Воскрешение должно быть неким обращением вспять силы рождения, неким алхимическим процессом преобразования семени и эротической энергии… для восстановления родовой полноты. Дети должны «обратно родить», т. е. воскресить отцов»[81].

Вл. Соловьев прочел, тряхнул гривой и подхватил с энтузиазмом: речь должна идти об изменении направления эротических, «духовно-телесных токов» для превращения вещества праха предков в живые тела.

Ученик Федорова А.Горский детализирует почти в стиле детского сна Юнга: «Если все тело станет как бы сплошным фаллосом, как это ощущается во снах полета, т. е. вся кожа станет в полной мере эрогенной зоной, эрекция половых органов распространится равномерно на все другие, то есть все они начнут выполнять… функции воспроизведения — внедрение светового чертежа (образа) в хаотическое море тьмы и переработки его с помощью неорганической (неорганизованной) материи в органическую, мертвой в живую».

В.Ф. Одоевский.

«И вот в графическом цикле «Воскрешение» В.Чекрыгина, последователя Н.Федорова, мы можем увидеть некоторые «технические» детали эротико-алхимического процесса воскрешения. На одном листе мы видим поклоняющегося перед отверстой могилой голого мужчину, который рядом с могилой возгонкой своей половой энергии воскресил-восстановил-эрректировал фаллос с глазом. По-видимому, на следующем этапе этот фаллос превратится уже в отца воскресителя. На другом листе обнаженные женщины возгонкой половой энергии и поклонением порождают гигантское чрево, из которого выходит воскрешенная мать».

Итак, «дети, получив от отцов жизнь, обязаны по закону справедливости» прервать цикл деторождения и вместо этого воскресить и тем «породить обратно» своих отцов». Эта связь поколений — отличная от православной, молитвенной, когда дети молят Господа даровать родителям жизнь вечную.

Соловьеву, считавшему что половая любовь «оказывается пустоцветом», только такой идеи и не хватало. «Если смотреть… на фактический исход любви, то должно признать ее за мечту, временно овладевающую нашим существом и исчезающую, не перейдя ни в какое дело». Философ отрицает необходимость любви для рождения детей. Как известно, у самого В.С.Соловьева не было ни жены, ни детей…»

Влияние мало кому известного библиотекаря сказалось и в работах знаменитого В.И.Вернадского. Читали о ноосфере, слое разумной жизни, который, подобно гумусу, покрывает землю? Эротико-магическая связь живых с умершими — лишь частность. Вернадский говорил о таком единстве всех людей (теряющих свою индивидуальность), которое ведет к настоящему Солярису. Человечество ученый называл «живым веществом». Не был ли он Лично знаком с кем-то наподобии Пана? И точно:

«В начале 1920 г. Вернадский переносит заболевание тифом, во время которого с ним происходят психические трансформации, удивительно схожие с испытанными его братом во масонстве швейцарским психиатром К.Г.Юнгом и описанными им в своей автобиографии. Тогда Вернадский, по его словам, «почувствовал в себе демона Сократа», преисполнившись сознанием поистине эпохального значения своего учения о живом веществе и биосфере, ему представилась его будущая жизнь и главное ее дело — организация Института живого вещества. И, действительно, такой институт он основывает, правда, с несколько другим названием»^[*].

-