Читаем Русал-киборг полностью

Обнаружив, что мне трудно получить доступ к тому, что я ищу, я спускаю ее одежду ниже по ногам, пока она не оказывается обнажена до колен. Я нахожу ее клитор, что является поиском более трудным, чем любое погружение в чужой мозг, которым я когда-либо занимался. Мое первое касание ее органа заставляет Стеллу подпрыгнуть. Во время второго я лучше знаю, с чем столкнулся, и если бы она не сопротивлялась мне так яростно, я бы опустился на колени, чтобы лучше видеть область, которую мне нужно стимулировать. Но я не собираюсь рисковать, полагая, что она не сможет ударить меня по лицу, даже если ее заставить чувствовать себя блаженно счастливой.

Когда мне удается правильной комбинацией движений довести ее до кульминации, оргазм вызывает фейерверк внутри содержимого ее черепа почти в трех десятках областей. Дофамин и окситоцин сейчас хлынут через нее, и мне интересно, какой эффект окажут химические вещества счастья и связи в ситуации, когда я форсирую нашу близость.

Наблюдать за ее реакциями увлекательно, и даже с такой клинической отстраненностью, как у моего собственного разума, наблюдение за активностью ее мозга вызывает физическую реакцию в моем собственном теле. Без каких-либо физических стимулов мой половой орган достигает полной твердости.

Я продолжаю мысленно воздействовать на области в ее голове, которые обеспечат ей максимальный комфорт, насколько это возможно, и поскольку я верю, что эта позиция обеспечит мне самый простой доступ, я перекидываю ее через подлокотник дивана, держу ее руки одной своей, сжимаю ее бедра и помещаюсь между ними.

Осторожно я прижимаю набухшую головку своего органа к ее сочащейся возбуждением щели. Я оказываю нежное, но твердое давление до тех пор, пока моя головка не проникает между ее тугими, скользкими стенками.

Когда ее обжигающе-теплое влагалище влажно обхватывает головку моего члена, я теряю способность думать о чем-либо кроме ощущения проникновения. Бедра прижимаются к округлостям ее ягодиц, и меня со всех сторон охватывает мягкость, принимающая меня. Я не могу просканировать собственный мозг, но представляю, как внутренности моего черепа заполняются ослепительно-белым светом. На мгновение зрение отказывает — наслаждение такой силы стирает самоосознание.

Стелла резко приподнимается подо мной и бьет меня в живот острым локтем.

— Уфф! — я нагибаюсь над ней и изо всех сил пытаюсь поймать за руку, прежде чем она сможет ударить меня снова. Наконец, я снова хватаю обе ее руки, и использую их, чтобы удержать Стеллу на месте, когда я очень медленно отвожу бедра назад, и…

Дорогой Создатель подводного мира. Я не подозревал, что секс может быть таким.

Сжимать оба ее локтя одной рукой сложнее, чем запястья, но я делаю это и просовываю руку под ее тело, пытаясь найти и возбудить рецепторы ее полового органа, когда начинаю медленные, ритмичные движения внутри ее канала.

Я контролирую реакции ее мозга, насколько могу. Мои собственные реакции — и неожиданное желание — шокируют меня. Я стимулирую нас обоих, добиваясь успеха в ее возбуждении, пока ее горячая хватка сжимает меня.

Наши механические системы возбуждены, и химические вещества захлестывают нас. Я направляю все возможное внимание на положительные процессы в ее голове, в то время как мои пальцы работают снаружи, и мы оба достигаем взрывного плато, преодолев критические пороги.

Стелла вскрикивает, и я сам издаю что-то вроде рычания, когда кончаю с достаточной силой, чтобы толкнуть ее вперед, ударяясь бедрами о ее зад, и ее тело покачивается во всевозможных местах, привлекая мой взгляд, когда я прижимаю ее к себе, и семя, никогда прежде не внедрявшееся в человека, заполняет ее канал.

Лаская напоследок активные участки ее разума, я наслаждаюсь последним изумленным толчком между ее дрожащих ног.

Когда я отстраняюсь, мой член блестит, мокрый от соков ее возбуждения. Мне сразу же хочется засунуть его обратно в нее и начать вбиваться в гостеприимную сердцевину, но я теряюсь, уставившись на поток голубой жидкости, который следует за моим отступлением, вытекая из ее нежного розового отверстия. Она блестит и набухла, а наши выделения густые и пахнут уникальной смесью ее и меня.

Я не был уверен, что буду чувствовать, если возьму Стеллу в жены. Я не был уверен, что мне вообще понравится жена. Но очень внезапно я начинаю предвкушать нечто большее, как только она снова примет меня.

Все еще лежа лицом на подушках дивана, Стелла отводит ногу и пинает меня.

ГЛАВА 3

К'ВЕСТ