Читаем Руимо. Пришедшая (СИ) полностью

Один из них подобрался слишком близко, и целью его, как и уже мёртвого лучника, была Эйра Фенхидес. Едва он ступил на балкон, лезвие разрубило его надвое; голова последовавшего за ним товарища укатилась куда-то в сторону, обезглавленное тело рухнуло не сразу, сделав ещё несколько шагов.

Ещё двое бежали к балкону через арену. Они на миг замерли, услышав странный свист, и внезапно рухнули вниз. Обнажённые мечи звонко упали рядом; двое почти разом закричали, хватаясь за истекающие кровью обрубки ног, бились в конвульсиях и с ужасом глядели на валяющиеся рядом конечности. Ещё один, разрубленный наискось от плеча до бедра, залил их кровью.

Прежде невидимое, опаснейшее лезвие, которое выдавал лишь свист, теперь плавно вращалось около отставленной в сторону руки Константина.

— Двадцать восемь, — коротко сказал он, посчитав оставшихся головорезов. Эйра знала, что ему не терпится разобраться с ними, но он терпеливо ждёт приказа принцессы. Знала, что он и глазом не моргнёт, отняв их жизни, и, более того — получит от этого удовольствие. Все они, непременно, заслуживали смерти за свой поступок, но Эйра решила оставить им шанс. Она грациозно спустилась с балкона на арену, длинное белоснежное платье тянулось шлейфом по каменным ступеням, когда она шла вниз. Константин последовал за ней, Анита отправилась к Генри, который уже медленно, но верно исцелял полученную рану.

— Как вы посмели, — голос красноокой приобрёл металлический оттенок. — Как вы, неблагодарные отродья, посмели напасть на Элиту Тувиама, защищающую ваши никчёмные жизни? Это — ваша благодарность!?

Они молчали, тупо глядя на голубоволосую девушку в белоснежном платье, на котором красовались багряные брызги, и на мужчину в длинном тёмном плаще, смотрящего на них как на покойников. Позади них нашлись смельчаки; стоило им коснуться тетивы луков, Константин, ни секунды не колеблясь, отправил лезвие в полёт. Резкий взмах рукой, короткий блеск в воздухе рядом с ним, свист. Одним рядом наёмников стало меньше.

Испуганные мечники попятились назад, наступая и спотыкаясь о раскроенные тела своих бывших коллег, и отступали до тех пор, пока не обнаружили за спиной отряд готовых к бою стражников, выставивших вперёд копья.

— Кто купил вас? — Эйра уверенно и без всякого страха шла к оставшимся тринадцати головорезам, вглядываясь в их лица. Глаза у всех них, как у одного, были пусты.

— Я могу сохранить вам жизнь. Бросьте оружие и скажите, кто вас нанял.

Молчание. Эйра решила немного подождать.

«Глупцы, — думала она, глядя на них с сожалением. — Стоит ли жизнь тех денег, которые вам заплатили?»

Никто не сдавался и не проявлял желания говорить, тем самым не оставляя принцессе иного выхода. Она взглянула через плечо — двое с отрубленными ногами живы. Скоро умрут от потери крови, если им не оказать помощь, но пока — живы.

— Я дала вам шанс.

Последний осколок кристалла упал к её ногам и рассыпался блестящей пылью. Тонкие ручки вытянулись к небу, Эйра закрыла свои большие глаза алого цвета, и принялась что-то шептать.

Палящее солнце скрылось за собравшимися над ареной тучами, стало темно; в почерневшем отрывке неба проскакивали молнии, жуткие раскаты грома оглушали всех. Но не Эйру.

Она сделала выпад, резко бросила напряжённые руки вниз. Тринадцать ярких молний с чудовищной силой обрушились на землю, пронзая хрупкие человеческие тела.

Поднялся столб пыли, но мгновение спустя он осел под проливным дождём.

Эйра чувствовала на себе взгляды стражников, полные страха; внимательный взор Константина, преисполненный восхищения, и осуждение, с которым на неё глядела Анита. Отчасти она жалела о своём поступке. Но сделала она это для того, чтобы никто больше не рискнул повторить опыт этих наёмников.

Оставшиеся на трибунах зрители боялись пошевелиться. В глазах большинства она прочла ненависть.

— Фенхидес — убийца!

— Мерзость!

— Отродье, чудовище!

Голоса утихли, стоило Константину повернуть голову в их сторону. Он уже собрался отправить за наглецами стражников, но Эйра остановила его и покачала головой.

Она пошатнулась, почувствовала, что кружится голова. Холодные капли стекали по белокожему личику, светло-голубые волосы вымокли и прилипли к телу, как и ткань платья.

Она медленно и с достоинством двинулась к выходу, глядя прямо перед собой, переступая через обуглившиеся тела. Стражники расступились перед ней и освободили проход; ступив ещё шаг, она, не оборачиваясь, произнесла твёрдо:

— Тела убрать. Безногих — вылечить и в темницу.

Стражникам в серо-синих доспехах дважды повторять не пришлось.

* * *

— Это…звучит скверно. Даже поверить трудно! Как эти наёмники пробрались в Золотой город незамеченными?

Слуги принесли горячий чай с пирожными. Рик отпустил их, и сам налил чай Деми, затем себе.

— Всё очень просто: кто-то их впустил. Вне всякого сомнения — чародей, причём сильный. Есть у меня подозрения, но отсутствие прямых доказательств связывает мне руки.

— И целью убийц была Эйра? Но почему?

— Потому, что она — последний потомок Фенхидес, будущая королева; и я уступлю престол, когда она войдёт в силу.

— Должно быть, ей трудно.