Читаем Рубеж (СИ) полностью

За прошедшую пару часов обоз беременной черепахой смог уползти по раскисшей дороге на три километра от тракта в сторону спасительных болот. Старая дорога оказалась тяжелой, а, по словам Рика, дальше она будет еще хуже. Окружающая обстановка тоже об этом намекает. Чем дальше мы уходим от тракта, тем меньше остается деревьев с листвой и целой хвоей, тем плотнее подступают к дороге болота с торчащим из них сухостоем, и тем чаще нам приходился толкать телеги, застряющие в ямах, заполненных сочащейся с болот водой, помогая выбившимся из сил животным.

Но не всё так печально, есть и хорошие новости. Командир, пообщавшись через амулет дальней связи со знающим человеком, повеселел и сообщил, что если мы cейчас сумеем оторваться от преследователей и уничтожим позади себя гать, то у нас будут все шансы уйти целыми — тёмным оседлать эту старую дорогу больше негде, только позади нас. Обходить же по основной дороге это огромное болото, тёмным придётся до завтрашнего полудня, а строить новую гать еще дольше. Мертвым тварям хоть и не требуется отдых, но и двигаются они не слишком быстро, так что мы полюбому, если не застрянем в болоте, выйдем к новой Стене раньше, чем они нас перехватят! Только бы в составе тёмного отряда не было скелетонов-ледышек и сильных магов воды. Этих уничтоженная гать не остановит, могут попытаться навести ледяную переправу. Ладно, не будем думать о плохом. Сейчас главное — держать темп и самим не застрять на двухкилометровой гати в самом гиблом месте. хорошо, что, получив информацию от вернувшегося из разведки Рика, и сняв наблюдателей тёмных, командование сразу отправило вперёд большую часть роты. Сейчас, пока мы тащимся с обозом, подталкивая застряющие телеги и опасливо оглядываясь назад, они закончили расчистку дороги и уже рубят лес, подтаскивая его к гати, и занимаясь её ремонтом. Теперь основная опасность угрожает нам только сзади от преследователей, ну и, разумеется, спереди, поскольку само болото не менее опасно, чем тёмные, что наверняка уже идут к месту последней остановки обоза на тракте. Если застрянем в болоте, а сзади прижмут тёмные, то мало нам не покажется.

Тем временем Рик, ранее основательно пробежавшийся по этой дороге и гати в разведке, порадовал нас сообщением, о том, что гать начнётся где-то через полкилометра. За те годы, что ей не пользовались и не подновляли, она успела так основательно сгнить и разрушиться, что в одних местах её бревна рассыпаются в труху, а в других целыми пролётами ныряют под воду на глубину до полуметра и глубже. Причем местами эти два состояния наличествуют одновременно. Кстати, сквозь cкрип телег и всхрапывание уставших животных уже отчётливо слышен шум, производимый нашими лесорубами. Значит мы действительно совсем близко от них — метров сто осталось. Рик рассказал, что дальше, до самой гати деревьев больше нет.

Спустя пару минут Бариса по амулету вызвал барон. Маг умчался в голову обоза, крикнув напоследок, что для прикрытия обoза будет собрана и установлена одна царга, как только обоз подойдёт к гати. Понятно. Маг спешит проверить сохранность стрел, как они пережили дорогу, а то в бою перед заливкой маны на это времени уже не будет. О последствиях заливки маны в поврежденные стрелы нам подробно рассказывали в лагере, ничем хорошим это не заканчивается. Если повезёт, то стрела просто рванёт в полёте, а если нет, то к обслуге машины и всем, кто находится рядом, придёт в гости северный лис.

Что ж, значит за эту царгу встанет Сит — мой коллега-стрелок. У меня другой приказ.

Я в очередной раз безрезультатно отмахнулся отломанной с куста веткой от атакующих меня комаров. Бесполезно. На смену отогнанным кровососам тут же устремлялись новые. Болото, мать его, этих гадов здесь как грязи. Живьём жрут, сволочи! а-а-а!!! Да чтоб у вас всосы засорились!

— На-а, — зарядил сам себе в ухо Рик, прихлопнув за раз с десяток нагло зудящих кровососов. Глядя на это устрашающее зрелище, я только зябко передёрнул плечами и поморщился. У десятника ладонь, что твоя лопата, и голова крепкая, как стенобитный таран. Если бы мне такой ладошкой зарядили в ухо, то от него, я имею в виду ухо, полетели бы кровавые брызги, а голова от удара бы оторвалась и покатилась по дороге не хуже сказочного Колобка. А этому брутальному йети хоть бы что! Идёт дальше, как ни в чём не бывало.

— Стой! Куда тебя понесло? Там лужа! Ты что не видишь? — заорал идущий слева от меня Спок на возницу. М-да…

Катящаяся впереди нас телега ухнула вслед за жеребцом передними колесами в глубокую яму со стоялой водой, где благополучно застряла. Слетевший от такой резкой остановки с тарантаса возница крикнул что-то типа «земля прощай» и, перелетев через животное, ласточкой вошел в гpязную воду, подняв кучу брызг. Затем под наше дружное ржание, вынырнул на поверхность лужи и высказал жеребцу всё, что он о нем думает, не стесняясь в выражениях, чем только усилил наш смех.

«Что-то слышится родное в звонкой песне ямщика!» — хихикнул приколист.