Читаем Роза пустыни полностью

– Да нет! Ну, листок, клочок! Записку написать.

– Ах, в этом смысле! – сообразил наконец охранник. – Конечно! – Он достал из тумбочки блокнот и вырвал из него страницу. – Пожалуйста.

– А ручка?

– Вот, – охранник протянул ему основательно погрызенную ручку.

– Мне нужно срочно уехать, – пояснил Захар. – А жену предупредить не успел. Вот, пожалуйста, передайте Евдокии Трутень.

В записке он сообщал жене о своём вынужденном отъезде, просил не волноваться и обещал всё объяснить по возвращении.

– Будет исполнено! – козырнул охранник и спрятал записку в тумбочку.

– Только прошу вас, не забудьте, а то она волноваться будет, – на всякий случай предупредил Захар.

– Обижаете, – поморщился охранник. – Мы службу знаем…

Несмотря на то что теперь он был при деньгах, от мысли воспользоваться такси Захар отказался сразу. А точнее, такая мысль даже не возникла в его практичной голове, привыкшей ко всему подходить с высокой степенью рационализма, граничащего, порой, со скупердяйством. Но последнее свойство выработалось в нём по большей части за два последних года, ставших серьёзным испытанием прочности семейного бюджета.

Короче говоря, до аэропорта Захар добирался общественным транспортом. Благо, автобусы до Внукова ходили регулярно от станции метро «Юго-Западная».

Попав в бурлящий муравейник аэровокзала, Трутень на мгновение растерялся. Однако выработанная годами службы смекалка не подвела его, и он, безошибочно выбрав направление, отправился на регистрацию.

Запустив пятерню за пазуху, он извлёк оттуда полиэтиленовый пакет с паспортом и билетом и протянул документы мрачной девушке за стойкой с таким видом, будто последние годы он только тем и занимается, что разъезжает по заграницам. В душе он, конечно, жутко волновался, особенно почему-то из-за того что его новенький паспорт был выдан сегодняшним днём, но девушка за стойкой даже не обратила на это внимание. Прицепив бирку на ручку чемодана, она небрежно вернула Захару паспорт и билет с вложенным в него посадочным талоном и обратила свой взор на следующего пассажира – смазливую девицу слегка потрёпанного вида.

Второй приступ волнения Захар испытал, когда проходил паспортный контроль, но и там всё обошлось.

«Чего я, собственно, психую? – подумал Трутень, оказавшись наконец в зоне посадки. – Документы должны быть исправными – Дамир не стал бы подсовывать всякое фуфло.»

Захар решил немного расслабиться. Во-первых, надо успокоиться, утихомирить не на шутку разыгравшиеся нервы, а во-вторых – он ведь едет за границу! Это же такое событие! Грех не отметить. Он отыскал небольшой бар и попросил рюмку коньяку.

– Крепкие напитки не продаём, – ответил бармен.

– А что же вы продаёте? – удивился Захар.

– Пиво, сухое вино.

– А не подскажешь, где продают?

– Нигде, – сухо ответил бармен и скороговоркой выпалил. – Продажа крепких алкогольных напитков на территории аэропорта запрещена.

– Запрещена? – не веря своим ушам переспросил Захар.

Давно он не летал, вишь, как всё изменилось.

– Слушай, друг, – обратился он к официанту. – Я первый раз… Точнее, не первый. Я просто давно не летал, не знал, что теперь так всё строго. Но мне… В общем, страшновато лететь. Если я не это… – Захар щёлкнул себя пальцем по горлу. – Прямо не знаю, как я…

– Что, прямо так сильно боитесь? – склонившись к нему, тихо спросил бармен.

– Жуть как!

– Ну смотрите, вы можете зайти в «Дьюти Фри»…

– Куда-куда? – переспросил Захар.

– В магазин беспошлинной торговли, вон там вывеска светится, видите?

Захар посмотрел в ту сторону, куда показывал бармен.

– Зайдите туда, купите что-нибудь. Только пить придётся тайком…

Захару ещё никогда не приходилось пить в туалете. Даже в училище, где царил сухой закон и за выпивку могли запросто отчислить. И вот теперь он сидел на толчке и пил какую-то импортную гадость. Хотел купить водку, но она вся продавалась в здоровенной таре. Захар-то, может, её и осилил, но перед дальним перелётом это явно был бы перебор. А в маленькой посуде – четверть литра – была только эта фигня непонятного ядовитого цвета. Но правильной крепости – сорок градусов.

Осушив в два приёма бутылочку, Захар сунул её в ведро для бумаги, спустил воду в унитазе и вышел из туалета. Во рту был незнакомый противноватый привкус, но на душе полегчало, волнение улеглось, и Захар прибыл к месту посадки уже в совершенно бодром расположении духа, даже немного улыбаясь чему-то.

Он присел в кресло, поглядывая на часы.

– Молодой человек, а вы тоже в Тунис летите?

Захар повернул голову и увидел сидевшую рядом девицу, ту самую, что стояла следом за ним на регистрации. Голос у неё был скрипуче-визгливый, подобный звуку, который извлекает из скрипки человек, впервые в жизни взявший в руки смычок. Захару захотелось сказать что-нибудь грубое, но он лишь кивнул и отвернулся.

– Круто! – продолжала «скрипка». – А вы надолго туда? Я вот на две недели еду. Одна, к сожалению. Должна была с подружкой лететь, но она не смогла. Так что теперь придётся самой себя как-то развлекать.

– Я уверен, что у вас с этим проблем не будет, – буркнул Захар.