Читаем Ромейский талисман полностью

– Всем спешиться, лошадей не расседлывать! – скомандовал он. – Ставь шатер для княжеской невесты!

– Ивка будет со мной в шатре, – завила Ольга, сойдя с коня.

Давид ничего не ответил девушке, только пробормотал в бороду что-то по-армянски.

– Зачем шатер ставить? – спросил армянина Вороня. – Привал на обед короткий, и так может отдохнуть.

– Ветер холодный дует, – сказал Давид, сверкнув глазами. – Не хочу, чтобы княжеская невеста простудилась. Ты лучше скажи, долго ли еще ехать?

– Через три дня до Опочек доберемся, а там и до Себежа рукой подать.

– Дорогу не перепутал?

– Не. Я эти места добре знаю, с закрытыми глазами проведу.

– Смотри, не овцу везем, невесту княжескую.

– Да я уж понял. Девчонка-то уже распоряжаться начала.

– Не твое дело. Ты о дороге думай.

Отряд оставался на месте два часа – столько времени понадобилось, чтобы сварить горячую похлебку и дождаться, пока небо не расчистилось от облаков. До сумерек проехали еще верст двадцать. Место для лагеря выбрали на окраине леса, на поляне близ маленького озерца с чистой водой.

Ольга и Ивка сразу уединились в шатре. Здесь было тепло и уютно, а после долгой дороги сидеть на теплых войлочных кошмах было верхом удовольствия. Некрас, приставленный Давидом к дружинникам, стряпавшим ужин, принес девушкам горячий суп из говядины с репой и морковью и полкаравая хлеба.

– А ты сам-то ел? – осведомилась Ольга.

– Я с дружинниками поем, – ответил Некрас. – Как ты, Ивка?

– А что я? – Девушка улыбнулась Некрасу. – Устала малость. А чего это мы в Киев едем?

– Ольга наша за князя киевского замуж выходит, – сказал Некрас и поспешил выйти.

– Что, верно он говорит? – Ивка с удивлением посмотрела на подругу.

– Верно. – Ольга сделала вид, что ее интересует содержимое миски.

– Ух ты! – восхитилась Ивка. – Ты что же, княгиней станешь киевской?

– Стану. – Ольга пальцами выловила из супа кусочек мяса, отправила в рот. Есть ей не хотелось, но еще меньше она желала беседовать о будущем замужестве. Однако Ивка, пораженная услышанным, отставать от подруги явно не собиралась.

– А ты жениха видела своего? – поинтересовалась она, придвинувшись поближе к Ольге.

– Не видела. Знаю только, что он сын Рюрика-князя. Ингваром зовут.

– Чего же мне о нем не сказывала?

– А чего сказывать? Не я его выбрала, дядька Хельгер так решил. Я еще маленькая была, он к батюшке моему Ратше приезжал в Псков и говорил: «Как подрастешь, замуж тебя отдам за молодого князя. Хорошей парой будете!» И смеялся так довольно.

– Лепо! – Глаза Ивки стали совсем круглыми от удивления и восторга. – Не знала я, что у меня подруга будущая княгиня.

– А я не из хвастливых. Ты ешь, уха[24] твоя остынет.

Ивка принялась за еду. Ольга сразу потеряла интерес к пище, наблюдала, как ест подруга. Рассеянно крошила краюху хлеба в суп, думала о своем. Ее вдруг обожгло – она и в самом деле никому никогда не говорила об Ингваре, о том, что их обручили еще в раннем детстве. Не хотела об этом говорить? Или не думала, что все это были не шутки старого дядьки Хельгера, что ей и в самом деле придется однажды выйти замуж за сына Рюрика? Все случилось как-то внезапно и совсем не так, как ей всегда представлялось.

Сначала умер Ратша – Мара забрала старого воеводу так внезапно, что Ольга даже не успела осознать его смерть. Был отец, и не стало его. Полгода после его смерти протекли быстро; зимняя стужа сменилась весенней распутицей, потом наступило лето.