Читаем Робур-завоеватель полностью

В первые утренние часы, если можно было назвать утром этот смутный, неопределенный свет, обрисовавший горизонт, Альбатрос пролетел от мыса Горн пятнадцать градусов, что составляет более четырехсот лье. За пределами Полярного круга, где находился теперь корабль, ночь продолжается в июле девятнадцать с половиной часов. Солнечный диск, без тепла, без света, появляется на горизонте лишь для того, чтобы тотчас же скрыться. На полюсе такая ночь длится в течение ста семидесяти девяти дней. Все говорило о том, что Альбатрос скоро погрузится в нее, как в бездну.

Если бы можно было сделать астрономические наблюдения, то они показали бы, что в эту ночь корабль дошел до широты 66 градусов 40 минут. Он находился, значит, всего в тысяче четырехстах милях от Южного полюса.

Корабль непреодолимо влекло к этому недостижимому пункту земного шара, и его скорость, если можно так выразиться, «съедала» его вес, хотя последний несколько возрос вследствие сплющенности Земли на полюсах. Сила урагана достигла вскоре такой степени, что Робур счел нужным замедлить ход поступательных винтов, чтобы избегнуть серьезной аварии и сохранить управляемость корабля при возможно меньшей собственной скорости.

Среди всех этих опасностей инженер управлял Альбатросом с полным хладнокровием, и его люди слушались его так, как будто в них вселилась душа их начальника.

Дядюшка Прудэнт и Фил Эвэнс ни на минуту не уходили с палубы. Там можно было оставаться без особых неудобств. Воздух не оказывал слишком сильного встречного сопротивления. Корабль был похож теперь на аэростат, плывущий вместе с той текучей массой, в которую он погружен.

В этот день не было признаков, что буря скоро может стихнуть. Альбатрос хотел достигнуть ближайших к полюсу районов, двигаясь вдоль семьдесят пятого меридиана. По какому меридиану сможет он вернуться, если только вообще это ему удастся?

По мере того как корабль шел на юг, продолжительность дня уменьшалась. Вскоре он погрузился в постоянную ночь. Свет от луны или бледные отблески южных зорь были единственным освещением. Но серп луны еще только зародился на небе, и спутники Робура рисковали ничего не увидеть в этих районах, тайну которых еще не разгадала любознательность человека.

От холода, менее резкого, чем этого можно было ожидать, на Альбатросе не страдали. Казалось, что ураган представлял собой особый вид воздушного Гольфстрима, сохранявшего в себе некоторую долю тепла.

Нельзя было не пожалеть, что этот район погружен в глубокую тьму. Но если бы луна светила даже полным светом, круг для наблюдений был бы все же очень ограничен. В это время года громадный снежный покров, точно снежная чешуя, покрывает всю Антарктику. При таких условиях как различить форму земель, размеры морей, расположение островов? Как узнать гидрографическую сеть страны? Как заснять орографию местности, когда ее холмы, горы и айсберги сливаются в одну сплошную поверхность?

Незадолго до полуночи южное полярное сияние осветило весь этот мрак.

С серебристой бахромой, со светящимися полосами, лучи которых прорезали пространство, это сияние своей формой напоминало колоссальный раскрытый веер, занимавший половину неба. Его крайние электрические излучения терялись в созвездии. Южного Креста, четыре звезды которого сверкали в зените. Красота этого явления была ни с чем не сравнима, а испускаемый им свет был все же достаточным, чтобы рассмотреть общий вид этой полосы земли, теряющейся в необъятной снежной равнине.

Излишне говорить, что в столь близком соседстве с южным магнитным полюсом стрелка компаса уже не могла давать точных указаний относительно направления полета. Ее отклонение скоро достигло наивысшей степени. Робур не сомневался, что Альбатрос пролетал тогда над самым магнитным полюсом, находящимся почти на семьдесят восьмой параллели.

Позже, около часа ночи, определяя угол, образуемый стрелкой с вертикалью, он воскликнул:

— Южный полюс сейчас под нами!

Белая шапка полюса была ясно видна, но то, что она покрывала своими льдами, было скрыто от всех. Южное полярное сияние вскоре погасло, и та идеальная точка, в которой скрещиваются все меридианы земного шара, так и осталась непознанной.

Конечно, если бы дядюшка Прудэнт и Фил Эвэнс хотели похоронить корабль и все, что он на себе нес, в самом уединенном месте, то случай был наиболее подходящий. Но они этого не сделали, так как не располагали необходимыми средствами.

Тем временем ураган все усиливался. Если бы Альбатрос встретил на своем пути какую-нибудь гору, то он разбился бы об нее, как разбивается судно, налетевшее на утес.

Действительно, он больше не мог уже набирать высоту. Между тем несколько вершин показалось на антарктическом горизонте. Каждую секунду грозило столкновение, которое сокрушило бы корабль.

В это время на расстоянии приблизительно ста километров впереди Альбатроса показались две блестящие светлые точки.