Читаем Рюрик полностью

Под покровом ночи 30 юношей пробрались в стан врагов и поразили множество спящих варягов. Но в неравной битве в живых осталось только шестеро славянских воинов, которые вынуждены скрываться в лесах. После песни Ингелота Вадим призывает своих товарищей не смиряться с властью Рурика. Семеро отважных уплывают в чужие края, Вадим оставляет в Новгороде любовь — «младую Леду». Имя Леда взято Лермонтовым по аналогии со славянской Ладой — вымышленной богини любви у славян. Зимой Рурик ходит войной на врагов. Весной в роще Лады молодые славяне собираются на свой языческий праздник, во время которого Рурик увидел Леду и «вырвал у нее любовь». Обесчещенная Леда уходит из дома. Между тем Вадим с Ингелотом, единственные оставшиеся в живых из изганников (остальные погибли, сражаясь на чужбине), возвращаются в родные края. На холме они видят труп Леды. Безутешный Вадим решает мстить. Он появляется на пиру перед Руриком.

В поединке Рурик побеждает Вадима. «Последний вольный славянин» гибнет. Ингелот хоронит Вадима на холме рядом с Ледой. Под могильными камнями «спит последним сном, / С своим мечом, с своим щитом, / Забыт славянскою страной, / Свободы витязь молодой». Поэма Лермонтова заканчивается цитатой из «Поэм Оссиана» — фальсификации шотландского писателя XVIII века Джеймса Макферсона, приписывавшего эти произведения легендарному кельтскому барду III века н. э.

«Поэмы Оссиана» пользовались огромной популярностью в Европе в конце XVIII — начале XIX века. Оказали они влияние и на Пушкина. Знаменитые слова из поэмы «Руслан и Людмила» — «Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой…» — представляют собой вольный перевод строк Оссиана-Макферсона «А tale of the times of old!.. The deeds of days of other years!..». Эти же строки в английском оригинале Лермонтов поместил в заключение своей поэмы «Последний сын вольности».

Вадимом Лермонтов назвал главного героя и другого своего произведения — неоконченной повести, над которой он работал, по-видимому, в 1833–1834 годах. Здесь Вадим — безобразный внешне, нищий и отверженный наследник своего отца-помещика, которого в свое время разорил его богатый сосед. Сюжет этот частично напоминает сюжет повести Пушкина «Дубровский». Как отмечают литературоведы, оба произведения имели прототипом одну и ту же реальную историю. Вадим нанимается на службу к притеснителю своей семьи. Он охвачен жаждой мщения и становится одним из активных участников пугачевского бунта. Мотивы отверженного героя, мести и бунта роднят этого лермонтовского Вадима с его литературными предшественниками — само его имя становится знаком судьбы. К сожалению, повесть осталась незавершенной, и что ожидало Вадима в будущем — неясно, хотя можно думать, что и здесь конец предсказуем. Вадим должен погибнуть, даже если ему удастся осуществить свою месть.

Мы видим, как имя легендарного исторического персонажа, тесно связанного с Рюриком, вошло в текст русской культуры второй половины XVIII — первой половины XIX века, «оторвалось» от своего исторического прототипа и зажило самостоятельной жизнью, сохраняя некоторые свои «родовые» черты. Имя Вадим стало одним из популярных имен русского именослова.