Читаем «Рим». Мир сериала полностью

Д. Пучков: «Это если бы мы были ворами», – говорит Меммий. «Хм! Я дам тебе 5 %, но Маский отправится в Остию и будет контролировать разгрузку». «Отправлюсь сегодня же», – говорит Маский. – «Ну, как пожелаешь».

К. Жуков: Тут важный момент: когда они все расходятся, придя к некоему соглашению, дочь Ворена сталкивается с человеком, который явно работает на этого гадского Меммия, и он начинает ей строить глазки.

Д. Пучков: Подкидывая человечков.

К. Жуков: Подкидывая, да, кукол вуду каких-то явно соблазнительного свойства. Дочка Ворена ведется на его приемчики. А Сервилия, получается, двенадцать часов завывает под дверью атиевского дома, хотя воет уже не так громко, но все равно противно.

Д. Пучков: Почему не были посланы слуги, которые ей бы укорот-то какой-то дали – сломали шею, еще чего-нибудь? Отнесли бы на помойку и выкинули.

К. Жуков: Учитывая, что ее совсем недавно похитили, обстригли и выкинули на помойку, чего теперь-то ее снова не выкинули?

Д. Пучков: Ну ладно днем люди вокруг стоят – нельзя, а ночью-то, когда никого нет, часа в четыре утра…

К. Жуков: С другой стороны, все слышали, что она собирается некую божественную справедливость установить, и если сейчас ее взять и куда-нибудь деть, все сразу скажут: «Чего это ты – может, скрываешь что-нибудь, боишься? Вон тут женщина собирается про справедливость, а ты что с ней сделала? Нехорошо». Может быть, тут такая идея была заложена.

Ну а дальше идет одна из моих любимых сцен – заседание триумвиров. Марк Эмилий Лепид, Гай Юлий Цезарь Октавиан и Марк Антоний.

Д. Пучков: «Боюсь, перебрал, не мог встать с постели, как ни старался. Башка раскалывается, так что говорите очень тихо, или я рассыплюсь на тысячу кусочков». Странно, что Марк Антоний похмеляться не умеет.

К. Жуков: Не, ну иногда бывает, что уже и невозможно похмелиться. Это ж сколько вина выпить нужно, чтобы в таком состоянии проснуться? Хотя они нетренированные были, водки не пробовали.

Д. Пучков: Да-да.

К. Жуков: Октавиан рассматривает карту. Карта, откровенно говоря, странная, потому что таких в Риме не было.

Д. Пучков: Некоторые наброски?

К. Жуков: До нас дошла, если не ошибаюсь, копия XIII века, снятая с римской карты, так называемые Пейтингеровы таблицы. Несколько огромных карт. Это на самом деле не карта, а таблица, то есть указана отправная точка, например Рим, откуда все выезжают или куда приезжают, и маршрут до каких-то невероятных пределов, чуть ли не за Каспийское море. А карты как таковой нет. Имеются путевые указатели: «Прошел 500 м, повернул направо, тут живут такие-то люди». Пометки кратенькие, масштаб не соблюден. А такой красивой карты, как в сериале, чтобы земля похожа на землю, континенты все угадывались, не было. Птолемей, будучи известным астрономом и географом, составил некие указания о том, как что должно выглядеть, куда нужно ехать, но от него карт не осталось никаких. Я уж молчу о том, что у них север сверху, а это совершенно не очевидный факт, потому что есть карты, где верхняя ориентация – восток. А собственно, какая разница – это же чистая условность – то, что у нас север находится сверху. Как поверни – так развернутся координаты.

Ну а за разговором, естественно, идет речь о том, кто что получит в итоге…

Д. Пучков: Сначала о том, что «блатные города встревожены». «Уважаемые люди обеспокоены тем, что мы трое, возможно, намерены установить некую форму тирании». – «Кто именно беспокоится? Назови имена этих беспокойных». «Как-то неудобно, – говорит Лепид, – они говорили со мной доверительно». – «Ну кто бы сомневался! Скажи своим влиятельным друзьям закрыть рты! Пусть на форуме посмотрят на руки Цицерона и вспомнят, что бывает с теми, кто болтает о тирании», – Марк Антоний ставит Лепида на место. «Я лишь упомянул, не мог не сказать». «Может, перейдем к делу? – говорит Октавиан. – Очевидно, втроем мы не можем править всем одновременно – будем только мешать и противоречить друг другу. Мы должны разделить обязанности». – «И что ты предлагаешь?» – «Предлагаю разделить территорию Рима на три части, каждый из нас будет править одним регионом». – «Звучит разумно. А кто что получит?» – «Об этом я еще не подумал». – «Рим очень сложный механизм, его нельзя просто разрубить, как кочан капусты». Тут Марк Антоний берет саблю и идет нарезать участки, блин! «Тебе должны отойти Рим и запад, я обойдусь Египтом и восточными провинциями. Возражения?» – «Что есть в Риме и что на западе – буйные галлы, германцы, беспокойный сенат, необходимость ублажать римскую толпу, а на востоке все деньги, поставки зерна и большая часть налогов». Марк Антоний: «Разумеется, разделение будет чисто административное, а все деньги будут храниться в единой казне». «Тогда годится», – говорит Октавиан.

И Лепид сбоку: «А я, что получу я?» Нарезает Африку – отдает Лепиду. А Египет – это не Африка была?