Читаем Риганты. Том 2 полностью

Тайбард Джакел не получал большого удовольствия от праздника, хотя и притворялся, что ему весело. Иногда ему почти удавалось убедить себя в этом. Но не сегодня. Надев лучшую из своих рубашек, штаны и старый отцовский плащ, он отправился из Старых Холмов к лежащему в двух часах ходьбы от них Эльдакру. Потертый белый парик принадлежал его отцу, и из-под него уже стекали капли пота.

День выдался чудесный, но вдали, у горизонта, собирались грозовые тучи, а в воздухе чувствовалась сырая прохлада, напоминавшая о недавней зиме. Впереди шли двое, Кэлин Ринг и Чара Вард. Девушка выглядела чудесно в простом желтом платье и голубой шали.

Тайбард неотрывно смотрел на них. Время от времени Чара протягивала руку, дотрагиваясь до Кэлина, или наклонялась и шептала что-то ему на ухо. В конце концов Тайбард не выдержал и перевел взгляд на тетю Кэлина, Мэв. Она шла вместе с одноглазым горцем Жэмом Гримо. Все говорили, что Гримо обычный преступник, промышляющий угоном скота, что рано или поздно ему на шею накинут веревку, но Джакел всегда восхищался бесстрашным великаном, хотя и держал свои симпатии при себе. Прошлым летом горец подрался в таверне с тремя крепкими парнями и сумел выйти из заварушки победителем.

За Мэв и Жэмом тянулись Банни и его мать, Шула. Банни нравился Тайбарду своей беззлобностью, и он попросил Лусса Кампиона и Каммеля Барда не донимать мальчика придирками. Лусс почему-то ненавидел Банни, хотя и не мог назвать ни одной причины столь горячей неприязни.

По дороге шло уже человек пятьдесят, и толпа все возрастала.

Они медленно поднялись на холм, с которого открылся вид и на высящийся вдали замок, и на раскинувшийся внизу город. Ветер набирал силу, и Тайбард с удовольствием отметил, что тучи уносит в сторону.

Из-за последнего дома вынырнули Лусс Кампион и Каммель Бард и, увидев Джакела, присоединились к нему.

На обоих молодых людях были черные плащи и неуклюжие потертые парики.

— Похоже, дождя все-таки не будет, — заметил Лусс.

— Надеюсь.

Так же как и Тайбард, Лусе и Каммель вырядились в самое лучшее, хотя «лучшее» в их случае просто наименее заштопанное. У Лусса на рукаве красовалась заплатка, а штаны Каммеля, некогда черные, полиняли от долголетней носки и многочисленных стирок. Башмаки Тайбарда протоптались, так что дыры в подошвах пришлось затыкать бумагой.

Конечно, они выглядели приличнее, чем большинство горцев, но на празднике, отделенные от тех, кто еще беднее, казались нелепым пятном на фоне богатых граждан Эльдакра, сыпавших серебром у многочисленных палаток и столиков. У Тайбарда в кармане звенели три дэна: на эти деньги можно купить кувшин эля и кусок пирога.

— Слышал о Гримо? — спросил толстяк Каммель.

— Что?

— Он участвует в состязаниях. Лусс рассмеялся:

— Наверное, не знает, кто такие Горайн Воллам и Чайн Шада. Любой из них запросто оторвет его лысую голову.

— Чайн Шада собирается драться?

Тайбард изумленно покачал головой. Чемпион уже стал живой легендой.

— Мне сказал отец. — Каммель пожал плечами.

— Варлиец против горцев? Разве это разрешено?

— Может быть, наши будут со связанными руками! — рассмеялся Лусс. — Чтобы уровнять шансы.

Тайбард промолчал. Впереди, взявшись за руки, шли Кэлин Ринг и Чара Вард. Солнце играло на золотистых волосах девушки, а Тайбард чувствовал себя так, словно кто-то медленно поворачивает загнанный ему в грудь кинжал.

— Я бы запретил, — сказал Каммель Бард, — этой горской рвани вертеться вокруг варлийских девушек! Отец говорит, что они только портят кровь. Слабым народам нужно запретить смешиваться с другими. Пусть женятся на своих.

— Перестань, твоя бабушка была паннонкой, — перебил его Тайбард. — И все это знают. У тебя тоже испорченная кровь, а, Каммель?

— Это грязная ложь! — завопил Бард. — Возьми свои слова назад!

— Нельзя так разговаривать с другом, — вставил Лусс. Тайбард не успел ответить — сзади послышался топот копыт. Растянувшаяся по дороге колонна подалась в сторону, уступая место четырем солдатам во главе с сержантом Биндо. Проезжая мимо Жэма Гримо и Кэлина Ринга, Биндо натянул поводья. Но смотрел он не на мужчин, а на Чару Вард.

— А вот еще кое-кто, кому не нравится смотреть, как портят варлийскую кровь, — сказал Лусс Кампион. — Дядя Джек знает, как обращаться с этими ублюдками.

— Мне он не нравится, — упрямо ответил Тайбард.

— Может, ты еще скажешь, что у него тоже горская кровь? — усмехнулся Каммель Бард.

Джакел повернулся к другу и увидел на его лице выражение боли.

— Извини, Каммель. Нам не стоит обижать друг друга. Он протянул руку. Бард сделал вид, что не заметил миролюбивого жеста.

— Так ты берешь свои слова обратно?

Тайбард почувствовал, как в нем всколыхнулась злость.

— Вот что я тебе скажу. Завтра мы с тобой пойдем в церковь и посмотрим записи о рождении. Их ведут уже двести лет. Найдем запись о твоей бабушке и посмотрим, что там говорится. Если я не прав, то встану перед тобой на колени и попрошу прощения.

— Чума на тебя! — закричал Каммель Бард. — Ты мне больше не друг!

С этим он отошел в сторону.

— Зачем ты это сделал? — спросил Лусс Кампион.