Читаем Риганты. Том 2 полностью

— Не будь идиотом, — посоветовал Хансекер достаточно тихо, чтобы собравшиеся у костра его не услышали. — У тебя же поджилки трясутся. Сам знаешь, если вытащишь нож, я тебя убью. Так что бери лучше своего приятеля и веди обратно к костру. Там можешь спросить, кто его так отделал. Когда услышишь мое имя, постарайся ненароком не обделаться.

Разбойник сглотнул слюну и убрал руку с рукояти кинжала. Хансекер подобрал посох и, злой на весь мир, направился к дому Подермила. В былые времена хороший удар помог бы ему расслабиться. А теперь свело шею. Что ж, зато головная боль прошла.

Он подошел к двери и постучал.

— Кто там? — проговорил тонкий, дребезжащий голос.

— Настоящий колдун не стал бы спрашивать, — ответил Хансекер. — Но что с тебя взять? Ты всего лишь жалкий мошенник.

Дверь приоткрылась, и из-за нее выглянул сухонький человечек с редеющими седыми волосами и глазами-пуговками. Увидев пришедшего, он радостно улыбнулся, сверкнув парой золотых зубов.

— Я не пользуюсь даром по пустякам, Хансекер.

— Ты хотел сказать, бесплатно. Дай мне войти, я весь продрог.

Аран Подермил освободил проход. Хансекер вошел, снял медвежью шубу и занял единственный стул у огня.

— Чувствуй себя как дома, — произнес старичок. Хансекер огляделся. Книги и свитки заполнили все полки, а оставшиеся огромной кучей лежали на столе. Подермил принес второй стул и тоже сел у огня.

— Ты выглядишь старым и усталым, — заметил он.

— Так и есть, — согласился Хансекер. — Так что перейдем сразу к делу.

— Мойдарт встревожен, — заявил Подермил, не дав своему гостю произнести ни слова. — Над его сыном нависла угроза, и он хочет знать, что за ней скрывается.

— Мне никогда этого не понять, — сказал Хансекер. — Что думает человек за тридцать миль отсюда, ты знаешь, а кто стоит у тебя за дверью — нет!

— Жизнь — загадочная штука. — Подермил весело блеснул золотыми зубами.

— Да, с этим не поспоришь, — согласился Хансекер.

— Я слышал, твоя ферма процветает. Армиям на юге нужно много скота, чтобы прокормиться. Ты, наверное, почти разбогател.

— Мойдарт хочет…

— Чтобы я пошел с тобой в Эльдакр. Ни за что.

— Глупое решение, Подермил. Мойдарт не из тех, кого стоит разочаровывать.

— Ты меня не понял. Я пойду в одиночку. За Мойдартом следят, но не постоянно. Ваш с ним разговор они пропустили, что хорошо, иначе я бы не согласился ни на какие условия.

— За Мойдартом никто не следит. Я бы заметил.

— Нет, — энергично покачал головой Подермил, — этих ты бы не заметил. Они витают в воздухе и невидимы для человеческого глаза. Их сила очень велика.

— Я тебе не деревенский простофиля, — улыбнулся Хансекер. — Избавь меня от этой чуши.

Старичок развел руками:

— Вы с Мойдартом говорили в самом верхнем покое его зимней резиденции. Стоя у окна на юго-запад, он спросил, не знаешь ли ты кого-нибудь, обладающего силой, — провидца или волшебника. Ты поразмыслил и назвал меня.

Хансекер заерзал на стуле:

— Все, пора разоблачать фокус. Рассказывай, как ты это узнал.

— Фокусы тут ни при чем, Хансекер. Проще говоря, провидец всегда слышит, когда упоминают его имя. Насколько мне известно, сейчас Мойдарт под наблюдением круглый день, но когда он отправляется спать, за ним не следят. Когда вернешься в Эльдакр, иди к нему после полуночи и скажи, что я приду, но он заплатит мне десять фунтов.

— Ты сошел с ума, Аран? Это больше, чем стоит твой дом! Да он тебе за такую наглость глаза выколет!

— Без меня ему не пережить эту зиму. Кстати, как и тебе, за тобой тоже иногда приглядывают. Они тебя не забудут, будь уверен. Десять фунтов — сумма, в которую я готов оценить свою жизнь.

— Кто это — они?

— Ты что, не слушал меня? — покачал головой Аран. — Ни я, ни ты, ни Мойдарт — мы не должны называть их имен. Лучше говорить «враги». Назови ему мою цену. Я приду завтра, после полуночи.

— Больше ничего не скажешь?

— Нет, скажу, — ухмыльнулся Аран Подермил. — Человек, которого ты побил, бродит снаружи и хочет с тобой поквитаться.

— Хоть какая-то польза от твоего колдовства!

— Я заметил, как он заглянул в окно.

— Ну что ж, — расхохотался Хансекер, — с удовольствием полюбуюсь, как ты торгуешься с Мойдартом. Завтра увидимся.

— Если на то будет воля Истока, — ответил Аран без тени улыбки.

Хансекер встал и надел шубу.

— Можешь переночевать у меня, — предложил Подермил.

— У меня еще дела.

Хансекер взял посох, открыл дверь и вышел наружу. Из тени на него что-то бросилось, но он взмахнул посохом и обрушил его на голову нападающего. Тот рухнул в снег.

— В старые времена речной народ был посерьезнее, — сообщил Хансекер выглянувшему на улицу старичку.

— Старые времена всегда лучше, — улыбнулся в ответ Аран.

Как подобает почтительному сыну, Гэз Макон каждый месяц посылал домой письма, извещая отца о своих передвижениях, а также те новости, которые могли бы его заинтересовать. Говоря по правде, Гэз плохо представлял, что могло бы заинтересовать Мойдарта — до сих пор отец ему не отвечал. Гэз сел в гостиной, погладил улегшегося у его ног Солдата и снова перечитал письмо: