Читаем Рифматист полностью

Не двигаясь с места, инспектор опустил руку и упер ствол винтовки в пол. Хардинг принялся водить им по полу, и Джоэл заметил, что на мушке ружья белеет кусочек мела. Поначалу ему показалось, будто инспектор рисует линию силы, однако уже через несколько мгновений Джоэл понял, что ошибся. В отличие от волнистой линии, линия Хардинга оказалась изломанной по всей длине… Точно такую полицейские обнаружили в доме Лили Уайтинг! Увлеченный поисками таинственного символа о четырех спиралях, Джоэл совершенно забыл о другой неизвестной рифматике линии!

Хардинг выстрелил зазубренной линией, точно линией силы. Она разбросала на своем пути кишмя кишащих меллингов и врезалась в заградительный круг. Пробормотав проклятие, Нализар потянулся, чтобы восстановить истончившуюся защиту, как вдруг с манжеты его сюртука аккурат на дугу окружности капнула кислота. Не веря своим глазам, профессор уставился на образовавшуюся в защите брешь. Меллинги же, учуяв кислоту, прянули прочь, а затем один из них вдруг бросился на каплю и растворился. Его примеру последовал и второй меллинг, тогда как на третьего разбавленная кислота уже не подействовала. Существа накинулись на разъеденную брешь и принялись вгрызаться в ее края.

– Ты совершаешь большую ошибку, – сказал Нализар, взглядывая на Хардинга, который меж тем выводил вторую зазубренную линию.

Инспектор выстрелил снова. Пролетев сквозь брешь, линия сбила Нализара с ног и отбросила назад.

Джоэл разинул рот.

«Линия силы, способная воздействовать не только на мел! Это же просто… потрясающе!»

Накарябанная изменчивая масса меллингов схлынула, а Нализар остался лежать без чувств посреди своей окружности. Хардинг, чьих глаз Джоэлу разглядеть так и не удалось, улыбнулся еще шире и направился к следующей двери слева по коридору. Инспектор распахнул ее, и Джоэл увидел спящих в своих кроватях, ничего не подозревающих студенток.

Рой диких меллингов покатился по полу вслед за Хардингом и в один миг заполонил комнату. Джоэл закричал, но символ безмолвия заглушил его голос. Одна из девушек проснулась и села в постели – меллинги тут же облепили ее со всех сторон. Рот девушки широко открылся, но ни единого звука из горла так и не вырвалось: на стене комнаты был начертан очередной символ безмолвия, дабы никто из студенток своими криками не разбудил остальных.

Джоэлу ничего не оставалось, кроме как молотить кулаками невидимую стену и смотреть, как меллинги забираются в рот судорожно извивающейся девушке. Твари скользили вверх по ее телу и оставляли за собой сочащиеся кровью булавочные уколы. Похоже, все до одного они стремились заползти своей жертве в рот.

Девушка, не переставая, тряслась и содрогалась, пока не свалилась с кровати. Она каталась по полу, уменьшаясь и ссыхаясь на глазах. Джоэл с ужасом наблюдал, как ее тело, вдруг совсем съежившись, растворилось в корчащейся массе меллингов.

Хардинг созерцал происходящее из-под надвинутого на глаза шлема, а на губах его играла, обнажая зубы, широкая улыбка.

– Зачем?.. – в сердцах воскликнул Джоэл. – Инспектор, зачем вы это делаете?

Не удостоив его ответом, Хардинг принялся за остальных студенток. Одну за другой меллинги поглотили всех девушек в комнате. Не в силах более смотреть на чудовищное действо, Джоэл отвел взгляд и увидел, как расщепленные меллинги, вновь обретая очертания, оживают и выбираются из лужицы кислоты возле Нализара.

Инспектор прошел мимо Джоэла к следующей комнате, распахнул дверь и перешагнул порог. На внутреннем полотне двери уже белел символ безмолвия – вероятно, Хардинг нарисовал их заранее.

Бесформенные существа наводнили коридор и устремились вслед за инспектором в комнату. При одной только мысли, что сейчас будет со спящими девушками, Джоэла затошнило. Он упал на колени и вновь стал тереть линию запрета в надежде вырваться на свободу. Однако в глубине души он, конечно, сознавал: все попытки тщетны.

Откуда ни возьмись, подскочил меллинг и атаковал линию запрета. Отшатнувшись, Джоэл выхватил доллар и попытался отогнать тварь. Но та, не обращая ни на него, ни на монету никакого внимания, продолжала разрушать невидимый барьер.

И тут Джоэл осознал, что перед ним не дикий меллинг, а единорог! Он обернулся и увидел в конце коридора, откуда появился Хардинг, выглядывающую из-за угла Мелоди. Она нарисовала еще одного единорога, и тот поскакал на помощь первому. Джоэл поднялся на ноги и отступил назад, пораженный тому, насколько быстро меллинг Мелоди пробивает бреши в линии Нализара.

«А она и впрямь хорошо с ними управляется!» – подумал Джоэл, когда единороги расширили брешь достаточно, чтобы он мог вырваться на свободу. Обливаясь потом, он бросился к подруге.

– Мелоди!.. – шепнул он, понимая, что символы безмолвия попросту не позволят говорить громче.

– Джоэл! – отозвалась она. – Творится что-то неладное. Ни у ворот, ни у здания администрации нет ни одного патрульного. Я пыталась достучаться до профессоров, но никто мне не открыл дверь!.. Постой, это профессор Нализар там, на полу?

– Да, – ответил Джоэл. – Пойдем, мы должны…