Агафья Тихоновна. Прошу покорнейше садиться.

Садятся и молчат.

Подколесин. Вы, сударыня, любите кататься?

Агафья Тихоновна. Как-с кататься?

Подколесин. На даче очень приятно летом кататься в лодке.

Агафья Тихоновна. Да-с, иногда с знакомыми прогуливаемся.

Подколесин. Какое-то лето будет – неизвестно.

Агафья Тихоновна. А желательно, чтобы было хорошее.

Оба молчат.

Подколесин. Вы, сударыня, какой цветок больше любите?

Агафья Тихоновна. Который покрепче пахнет-с: гвоздику-с.

Подколесин. Дамам очень идут цветы.

Агафья Тихоновна. Да, приятное занятие.

Молчание.

Агафья Тихоновна. В которой церкви вы были прошлое воскресенье?

Подколесин. В Вознесенской, а неделю назад тому был в Казанском соборе. Впрочем, молиться все равно, в какой бы ни было церкви. В той только украшение лучше.

Молчат. Подколесин барабанит пальцами по стулу.

Подколесин. Вот скоро будет екатерингофское гулянье.

Агафья Тихоновна. Да чрез месяц, кажется.

Подколесин. Даже и месяца не будет.

Агафья Тихоновна. Должно быть веселое будет гулянье.

Подколесин. Сегодня 8-е число (считает по пальцам), девятое, десятое, одиннадцатое… чрез двадцать два дни.

Агафья Тихоновна. Представьте как скоро!

Подколесин. Я сегодняшнего дни даже не считаю.

Молчание.

Подколесин. Какой это смелой русский народ!

Агафья Тихоновна. Как?

Подколесин. А работники. Стоит на самой верхушке… я проходил мимо дома, так щекотурщик штукатурит и не боится ничего.

Агафья Тихоновна. Да-с. Так это в каком месте?

Подколесин. А вот по дороге, по которой я хожу всякой день в департамент. Я ведь каждое утро хожу в должность.

Молчание. Подколесин опять начинает барабанить пальцами, наконец берется за шляпу и раскланивается.

Агафья Тихоновна. А вы уже хотите…

Подколесин. Да-с. Извините, что, может быть, наскучил вам.

Агафья Тихоновна. Как-с можно! Напротив, я должна благодарить за подобное препровождение времени.

Подколесин(улыбаясь). А мне так право кажется, что я наскучил.

Агафья Тихоновна. Ах, право, нет.

Подколесин. Ну так если нет, так позвольте мне и в другое время, вечерком когда-нибудь…

Агафья Тихоновна. Очень приятно-с.

Раскланиваются. Подколесин уходит.

<p>Явление 15</p>

Агафья Тихоновна одна.

Какой достойный человек! Я теперь только узнала его хорошенько; право нельзя не полюбить, и скромной, и рассудительной. Да, приятель его давича справедливо сказал; жаль только, что он так скоро ушел, а я бы еще хотела его послушать. Как приятно с ним говорить! и ведь главное то хорошо, что совсем не пустословит. Я было хотела ему тоже словца два сказать, да признаюсь оробела, сердце так стало биться… Какой превосходной человек! Пойду расскажу тетушке. (Уходит.)

<p>Явление 16</p>

Подколесин и Кочкарев входят.

Кочкарев. Да зачем домой? вздор какой, зачем домой?

Подколесин. Да зачем же мне оставаться здесь. Ведь я все уже сказал, что следует.

Кочкарев. Стало быть, сердце ей ты уж открыл?

Подколесин. Да вот только разве что сердце еще не открыл.

Кочкарев. Вот-те история! Зачем же не открыл?

Подколесин. Ну да как же ты хочешь, не поговоря прежде ни о чем, вдруг сказать сбоку припеку: сударыня, дайте я на вас женюсь!

Кочкарев. Ну да о чем же вы, о каком вздоре толковали битых полчаса.

Подколесин. Ну мы переговорили обо всем, и признаюсь я очень доволен; с большим удовольствием провел время.

Кочкарев. Да послушай, посуди ты сам, когда же все это успеем. Ведь через час нужно ехать в церковь под венец.

Подколесин. Что ты с ума сошел. Сегодня под венец!

Кочкарев. Почему ж нет?

Подколесин. Сегодня под венец!

Кочкарев. Да ведь ты ж сам дал слово, сказал, что как только женихи будут прогнаны – сейчас готов жениться.

Подколесин. Ну я и теперь не прочь от слова. Только не сейчас же, месяц по крайней мере нужно дать роздыху.

Кочкарев. Месяц!

Подколесин. Да конечно.

Кочкарев. Да ты с ума сошел что ли?

Подколесин. Да меньше месяца нельзя.

Кочкарев. Да ведь я официанту заказал ужин, бревно ты! Ну послушай, Иван Кузьмич, не упрямься, душинька, женись теперь.

Подколесин. Помилуй, брат, что ты говоришь, как же теперь.

Кочкарев. Иван Кузьмич, ну я тебя прошу, если не хочешь для себя, так для меня по крайней мере.

Подколесин. Да право, нельзя.