Фекла (с досадою). Ты что горло дерешь?

Кочкарев продолжает хохотать.

Фекла. Эк как разобрало его!

Кочкарев. Сваха-то! сваха-то! Мастерица женить, знает, как повести дело! (Продолжает хохотать.)

Фекла. Эк его заливается! Знать, покойница свихнула с ума в тот час, как тебя рожала. (Уходит с досадою.)

<p>Явление 8</p>

Кочкарев, Жевакин.

Кочкарев(продолжая хохотать). Ох, не могу, право, не могу, силы не выдержат, чувствую, что тресну от смеха. (Продолжает хохотать.)

Жевакин, глядя на него, начинает тоже смеяться.

Кочкарев(в усталости валится на стул). Ох, право, выбился из сил. Чувствую, что если засмеюсь еще, порву последние жилы.

Жевакин. Мне нравится веселость вашего нрава. У нас в эскадре капитана Болдырева был мичман, Петухов, Антон Иванович, тоже эдак был веселого нрава. Бывало ему, ничего больше, покажешь эдак один палец – вдруг засмеется, ей-богу! и до самого вечера смеется. Ну глядя на него бывало и себе сделается смешно и смотришь: наконец и сам точно эдак смеешься.

Кочкарев(переводя дыханье). Ох, Господи, помилуй нас грешных! Ну что она вздумала, дура? Ну куда ж ей женить, ей ли женить! Вот я женю, так женю.

Жевакин. Нет, так вы можете не в шутку женить?

Кочкарев. Еще бы. Кого угодно на ком угодно.

Жевакин. Если так, жените меня на здешней хозяйке.

Кочкарев. Вас! Да зачем вам жениться?

Жевакин. Как зачем, вот, позвольте заметить, странной немножко вопрос, а известное дело зачем.

Кочкарев. Да ведь вы слышали, у ней приданого ничего нет.

Жевакин. На нет и суда нет, конечно, это дурно, а впрочем, с эдакою прелюбезною девицею, с ее обхождениями, можно прожить и без приданого. Небольшая комнатка (размеривает примерно руками), эдак здесь маленькая прихожая, небольшая ширмочка, или какая-нибудь в роде эдакой перегородки…

Кочкарев. Да что вам в ней так понравилось.

Жевакин. А сказать правду, мне понравилась она потому, что полная женщина. Я большой аматёр[33] со стороны женской полноты.

Кочкарев(поглядывая на него искоса, говорит в сторону). А ведь сам уж куды не пощеголяет: точно кисет, из которого вытрясли табак. (Вслух.) Нет, вам совсем не следует жениться.

Жевакин. Как так?

Кочкарев. Да так. Ну что у вас за фигура, между нами будь сказано: нога петушья…

Жевакин. Петушья?

Кочкарев. Конечно. Что с вас за вид!

Жевакин. То есть как однако же петушья нога?

Кочкарев. Да просто петушья.

Жевакин. Мне кажется это однако ж касается насчет личности…

Кочкарев. Да ведь я говорю, потому что знаю: вы рассудительный человек, другому я не скажу. Я вас женю, извольте, только на другой.

Жевакин. Нет, уж я бы просил, чтобы на другой меня не женили. Уж будьте эдак благодетельны, чтобы на этой.

Кочкарев. Извольте, женю, только с условием: вы не мешайтесь ни во что и не показывайтесь даже на глаза невесте. Я все сделаю без вас.

Жевакин. Да как однако же все без меня. Все-таки мне хоть на глаза нужно будет показаться…

Кочкарев. Совсем не нужно. Идите домой и ждите, сего же вечера все будет сделано.

Жевакин(потирает руки). А вот это уж куды бы хорошо. Да не нужно ли аттестат, послужной список? Может быть, невеста захочет полюбопытствовать, я сбегаю за ними в минуту.

Кочкарев. Ничего не нужно, отправляйтесь только домой. Я вам сегодня же дам знать (выпроваживает его). Да черта с два, как бы не так. Что ж это? что ж это Подколесин не идет, это, однако ж, странно. Неужли он до сих пор поправляет свою стремешку. Уж не побежать ли за ним.

<p>Явление 9</p>

Кочкарев, Агафья Тихоновна.

Агафья Тихоновна(осматриваясь). Что, ушли? никого нет?

Кочкарев. Ушли, ушли, никого.

Агафья. Ах, если бы вы знали, как я вся дрожала. Эдакого точно еще никогда не бывало со мною. Но только какой страшной этот Яичница. Какой он должен быть тиран для жены. Мне все так вот и кажется, что он сейчас воротится.

Кочкарев. О, ни за что не воротится. Я ставлю голову, если который-нибудь из них двух покажет нос свой здесь.

Агафья. А третий?

Кочкарев. Какой третий?

Жевакин(высовывая голову в двери). Смерть хочется знать, как она будет изъясняться обо мне своим ротиком… розанчик эдакой!

Агафья Тихоновна. А Балтазар Балтазарович?

Жевакин. А вот оно! вот оно! (Потирает руки.)

Кочкарев. Фу ты пропасть! я думал – о ком вы говорите, да ведь это просто черт знает что, набитый дурак.

Жевакин. Это что такое. Уж этого я, признаюсь, никак не понимаю.