Читаем Рекрут полностью

Враги приближались, и попаданцу не осталось ничего другого, как лезть туда, куда скрылся его товарищ. Внутри оказалась довольно просторная пещерка. Ссыпающийся сверху мел навалился на три деревца, росших рядом, согнув их почти дугой. Густые ветви с пышной листвой, поддерживая друг друга, хорошо удерживали даже мелкие куски породы, почти не давая ей просыпаться внутрь. Трудно было сказать, какую массу удерживали над собой эти с виду хрупкие согнувшиеся деревца. Вдруг вспомнилась слышанная некогда китайская притча о двух деревцах, пытающихся устоять во время урагана. Одно пыталось стоять гордо и прямо, и ураган его сломал. Другое гнулось в направлении ветра, пропуская его над собой. В итоге ураган заманался ломать гибкое деревце и помер от бессильной злобы. Вот только эта меловая масса вряд ли сама собой освободит деревца. Со временем они сгниют под тяжелым гнетом и без доступа солнечного света.

Денис вдруг понял, что показалось ему неправильным, когда заползал сюда. Вероятно, какой-нибудь опытный разведчик-диверсант сразу обратил бы на это внимание. Земля вокруг была покрыта толстым слоем меловой пыли, на котором четко выделялись их следы, с затертой полосой между них от волочащейся обмотанной тряпьем цепи. А, заползая в щель, оставили еще более отчетливый след.

– Твою мать! – с чувством выругался парень, лихорадочно соображая, что предпринять.

– Ты чего? – удивился интендант, стоящий на коленях перед входом и держащий обеими руками саблю, будто собрался что-то рубить. – Давай лучше помогай срубить крайние ветки.

– Зачем? – в свою очередь удивился Денис.

– Чтобы сверху мел осыпался и закрыл вход.

Мгновение подумав над предложением товарища, попаданец резво пополз наружу.

– Погоди немного, – бросил он Георгию.

Осмотревшись и убедившись, что крымчаки еще далеко и им его не видно, он прошел вдоль отвала метров десять, оставляя нарочито четкие следы, повернул к меловой горе и постарался забраться по ней наверх. Прикинув, что следы остались достаточно убедительные, попаданец заспешил назад, придерживая руками цепь и ступая на цыпочках точно в свои следы. Представил, как выглядит со стороны, ковыляющий на полусогнутых, придерживающий руками какое-то тряпье, связывающее ноги… Может пройтись так перед татарами, чтобы они померли от смеха? Пожалуй не стоит рисковать – вдруг у них нет чувства юмора…

– Ты куда ползал? – встретил его толстяк, все так же стоящий на коленях с саблей в руках.

– Сбегал облегчиться. Здесь же нет места для туалета, – и увидев застопорившийся взгляд товарища, поторопил: – Рубим ветки! А то, они уже близко.

Несколько ударов саблями, ветки затрещали, и сверху обрушилась меловая масса, вмиг накрыв вход и погрузив пространство под согнутыми стволами во мрак. Беглецы испуганно шарахнулись вглубь, с ужасом вслушиваясь в натужный треск стволов, удерживающих породу. Если деревца не выдержат, если треснет ствол хотя бы одного, то спрятавшихся под ними людей просто раздавит.

Отплевываясь от попавшей в рот пыли, Денис почувствовал предплечьем что-то холодное. Сперва не мог сообразить, что это такое, потом резко отстранился.

– Эй, – окликнул он товарища. – Ты сабельку-то в сторону убери. Или хочешь прирезать меня, чтобы не мучился, если придавит не насмерть?

Треск дерева усилился, сверху снова посыпались кусочки мела. Товарищи непроизвольно втянули головы в плечи и напряглись так, словно своим напряжением могли помочь деревцам выстоять. Треск действительно прекратился. Сыпаться сверху тоже перестало. Однако они продолжали сидеть молча, боясь даже звуком потревожить ненадежное укрытие.

Неизвестно сколько времени прошло до того момента, когда послышались приглушенные голоса. Доносились они словно через толстую стену. Вероятно, подошедшие татары обнаружили следы. Оставалось надеяться, что рухнувшая порода припорошила пылью все лишнее, указывающее, где скрылись беглецы. Голоса отдалились. Георгий шумно вздохнул с облегчением. Но тут снова донесся приглушенный разговор. Только теперь звуки слышались как будто бы сверху. Послышалось частое буханье, сопровождающееся вновь посыпавшимся сквозь ветви мелом. Кто-то явно сбежал с отвала вниз. Причем сделал он это так близко, что еще шаг в сторону и мог бы провалиться в убежище, вызвав обвал, который наверняка похоронил бы и его, и спрятавшихся беглецов.

– Дионис.

– Чего?

– Кажись, ушли. Не слышно вроде. И виднее как-то стало.

И правда, попаданец только сейчас обратил внимание, что мрак перестал быть кромешным. Можно было разглядеть силуэт стоящего на четвереньках интенданта. Наверное, тот, кто сбежал с горы рядом с их убежищем, все же потревожил насыпь, и в одном месте мел ссыпался, оголив листву, и сквозь нее теперь пробивался слабый свет.

– Что делать будем? – снова обратился к товарищу толстяк. – Пить хочется. Да и пожрать не мешало бы.

– А в тюрьме сейчас макароны, – протянул Денис фразу из шедевральной кинокомедии.

– Макароны? В какой тюрьме? – удивился Георгий.

– Я говорю, рабам в загоне щас наверное утреннюю порцию плесневелого урюка раздают. Может, вернемся?