Читаем Разрушитель миров полностью

«А значит, моя мать тоже здесь. Если я поднимусь на ноги сейчас, они не заметят. Я могу пересечь площадь и осмотреть доки. Это займет пару секунд». Она представила, как с каждым шагом движется быстрее и быстрее, пока ее сапоги не начинают отбивать по доскам громкий ритм. Вот она взлетает по трапу и оказывается в объятиях матери. Конечно, она будет кричать и злиться; возможно, даже запрет ее в капитанской каюте. Но Мелиза ан-Амарат находилась здесь. «Здесь была Кошмарная Мэл. Мы можем умчаться отсюда вместе с отливом. Отправиться к любому горизонту, к какому только захотим. К любой опасности – либо, наоборот, к спокойным берегам».

Корэйн не сомневалась, какой из вариантов выберет для них ее мать.

«И тогда мир будет обречен».

Ей понадобилась вся ее воля, чтобы остаться на месте. Она вцепилась в край скамейки, не давая себе сбежать.

– Нам нужно уходить? – спросил Эндри, снова положив руку ей на плечо.

Корэйн не ответила, сосредоточив внимание на широкой спине джидийца. Сглотнув комок, она поднесла палец к губам, жестом попросив его замолчать.

– Не знал, что ты так любишь чай, Эйдж, – произнес Кайрим нараспев. Он говорил на верховном, но все же со своим родным герийским акцентом.

Он скинул с плеч свой пропитанный солью плащ.

Эйджер от души рассмеялся.

– В моей голове все еще звенят отголоски бури, словно колокола Вольки. Боюсь, сейчас я не смогу притронуться даже к медовухе матери, не говоря уже о той yss, что подают в тавернах Адиры, – сказал он, прошипев джидийское ругательство, которое означало «моча». Это было одно из первых слов, которые Корэйн выучила в их языке. – Большое спасибо, друг мой, – добавил он, обращаясь к хозяину и в знак благодарности приподнимая наполненную чашку. – Так что, долго ли протянет наш корабль?

– Она потеряла мачту и сильно повредила корпус, – Кайрим размял пальцами цветы и, засыпав их в свою чашку, принялся задумчиво помешивать отвар. – Как ты сам думаешь?

«Потеряла мачту и едва ли не потеряла весь корпус». Сердце Корэйн забилось быстрее. Она представила, как гордая и яростная «Бурерожденная» медленно ползет в порт, словно раненое животное. «Корабль едва не раскололся пополам», – говорил Чарлон о каком-то несчастном потерпевшем бедствие судне. Тогда она едва ли обратила внимания на эти слова и не слишком-то посочувствовала морякам. Но сейчас она испытывала иные чувства. Сейчас она боялась за эту галеру и ее команду. Она все еще сжимала край скамейки, так сильно, что у нее побелели костяшки.

Пока ее пальцы не разжала рука, темнее ее собственной, и не принялась согревать ее занемевшие пальцы. Она благодарно сжала ладонь Эндри.

– Ты знаешь такие вещи лучше меня, – пророкотал Эйджер своим громогласным шепотом. – Капитан делится с тобой своими соображениями.

– Несколько недель, если получится достать припасы. Но с морем что-то происходит…

– Никогда не видел, чтобы в Сариме творилось такое. – Эйджер отхлебнул свой чай. – Водовороты, водяные смерчи, гром… как будто боги воевали в воде и обрушили на нее всю свою ярость.

Кайрим не притрагивался к чашке, устремив взгляд своего единственного глаза на исходивший от жидкости пар. Он следил за ним, словно находясь в трансе.

– Никогда не видел ничего подобного тому существу, – прошипел он.

Кайрим был штурманом Мелизы едва ли не дольше, чем Корэйн жила на этом свете, но она ни разу не видела, чтобы что-то настолько выводило его из равновесия.

– Откуда оно появилось? – высокий джидиец был взволнован не меньше.

Кайрим пожал плечами.

– Из нас двоих в религии разбираешься ты, Эйдж.

– Это не значит, что я понимаю, почему богиня вод наслала на наш корабль чудовище, которое едва не поглотило нас живьем.

Корэйн оторвала глаза от моряков ее матери и бросила на Дома стремительный, как молния, взгляд. Он уже смотрел на нее, сжав губы в тонкую линию. «Чудовище. Богиня вод». Ее желудок сжался от боли, словно на него накатила яростная морская волна.

Кайрим снова опустил голос.

– Ты видел, что выпало из его брюха, когда капитан вскрыла его?

– Я был занят тем, что отрубал щупальце, схватившее Бруто. Чудовище продолжало его душить, даже истекая кровью.

Посетители чайной, равно как и ее хозяин, явно прислушивались к этому разговору. Все замерли, даже не пытаясь сделать вид, что заняты чем-то другим. Корэйн казалось, что она вот-вот забудет, как дышать.

«Щупальце».

– Три айбалийца. Моряки Золотой флотилии, – прошипел Кайрим, нащупав запястье Эйджера и вцепившись в него, словно когтями. – В доспехах и крашеных шелках. Они лежали на палубе среди мерзких кишок этого существа, изъеденные наполовину.

Эйджер опасливо отодвинул локтем чай.

– Богиня Майра изголодалась по человеческой плоти.

– Я в это не верю, – фыркнул Кайрим, однако его глаз говорил совсем другое. Округленный и полный тревоги, он метался по лицу Эйджера в поисках ответа, который не мог принять.