Читаем Разоритель Планет полностью

Омониану становилось плохо от скрипа и всего того напряжения, которое было здесь и почему-то отдельно запомнилось то, что Фирс будто бы не ожидал того, что Роберто приставит ему пистолет к затылку, а еще то, что Романо почему-то не сказал вести его в камеру и покормить. Тут же в голову начали приходить довольно странные мысли, он посмотрел на Лемана и понял то, что Леман тоже осознал предательство Фирса. Он лишь кивнул Септу о своем понимании, но этого было достаточно.

Романо же подошел через центр зала к одному из бандитов и наставил ствол прямо тому в глаз.

— А Вы что скажете, Князь? — спросил Романо голубоглазого мужчину, который пытался уйти от дула пистолета.

— Скажу! Только пушку от глаза убери, нервирует она меня!

Человек улыбнулся, а после опустил ствол на грудь мужчины.

— Короче. Я заведовал охраной всех заведений, которые были у нас под крышей. Про то, что я лидер ЧОП «Князь» ты, похоже, знаешь. Что ты узнать через меня хочешь?

— Ну, допустим, число охранников в определенных борделях, сколько бойцов охраны имеется в лаборатории? Сколько в стриптиз-клубе «Клубника»?

— А че эт ты «Клубнику» отдельно выделил? Тебе какая шлюха оттуда, что ли, понравилась? — спросил, ухмыляясь, мужик.

— Да нет. Думаю вот, твою жену туда отправить.

— Ха-ха… плохо копаешь. Жены у меня не было никогда, и нет. Так зачем тебе «Клубника»?

— Происходит интересная вещь. Девочки из этого клуба очень часто исчезали. Вот и хочу удостовериться, что это не оплошность охраны.

— Ну да. Мы их и вывозили. Охранников в одной смене десять рыл. Ты брать этот клуб решил? Я могу спокойно тебе помочь, ввести в клуб подсадную девочку, далее через Фирса ты сможешь вместе с девочкой отправить своего бугая, которого зовут Билли и несколько еще человек, чтоб полную войну устроить. Как тебе? — спросил довольно нагло глава ЧОП. — Я могу тебе пригодиться, Романо. Заодно усилишь собственную охрану и присутствие в городе.

Романо в этот момент перевел пистолет на яйца ЧОПовца, а тот, недоумевая, сначала посмотрел вниз, а после в глаза человека.

— Ты можешь называть меня только на «Вы». Понятно?

— Так точно, господин Романо, — проговорил Князь, после чего его отстегнули. — Мы с Вами, господин Романо, сдружимся. На этот счет не беспокойтесь. Я ошибся, что с этими связался, а потом уж и не выпутаться было, а Вы взяли и спасли, считай.

— Прибереги лесть для кого-нибудь другого, ЧОПа, — проговорил Чаки, подтолкнув амбала к выходу.

Романо подошел к последнему.

— Хех… А от меня-то Вы что, господин Романо, узнаете? Я всего лишь личный телохранитель Ривза, а начальника тут нет. Он что, нас всех предал? — спросил человек, глядя на Романо, а последний улыбнулся.

— Скажи мне, Бейл, сколько тебе платили?

— Ну… Где-то двести кредитов в неделю.

— Хочешь тысячу? — спросил Романо, глядя на человека с довольно пышными черными усами и бритой головой.

— Ну… Хочу.

— Будешь работать на меня?

— Нет, господин Романо, Вы уж простите. Вы меня больно сильно побили, чтоб я на Вас работал. Я ж не тля вот эта, которая сдаться за так, да сапоги вылизать готова. Ваш этот главный палач мне пальцы на правой руке пощелкал, полюбуйтесь, господин Романо, — человек кивнул на правую руку, пальцы там действительно были поломаны. — Я ж раньше на гитаре играл, а из-за этого скота теперь не смогу. Он еще и над левой постарался, указательный, гнида, сломал. А это ни одно баррэ не возьмешь. Так что… Стреляйте, господин Романо, — человек склонил голову, а Роберто лишь улыбнулся.

— Отпустите его. Накормите получше, и с моего счета переведите тысячи две, как компенсацию.

Человек как-то недоверчиво поднял взгляд, а его руки действительно освободили.

— Знаете, Роберто. А я подумаю. Только визиточку свою дайте, пожалуйста, — мужчина улыбнулся в ответ на улыбку директора, а после взял пальцами левой руки (кроме указательного, который был оттопырен в сторону) визитку и положил ее в нагрудный карман пиджака. — Уж простите. Руку пожать не смогу. Ладно, хоть обезболивающего вкололи, а так бы и вовсе загнулся от боли, наверное. Спасибо.

И третий человек вышел из допросной комнаты под скрип. Романо посмотрел сначала на Омониана, а затем на Лемана, после чего подошел к последнему и вынул из его рта окровавленный кляп.

— Собака, — прошипел Леман, сплевывая кровь на пол. — Мне ты жить не позволишь. Самые верные из моих — убиты. Я это знаю уже. Ты самую падаль оставил.

— Верно. Хочешь напоследок с любовницей поговорить, Леман?

— А что? Позволишь? — спросил человек, глядя на Романо без всякого доверия.

— Последнее желание принято исполнять, — после этих слов Роберто достал свой телефон и набрал уже известный номер.

— Эт откуда ты ее номер знаешь?

— Ну, так твой телефон в моих же руках был, верно?

— Ну да… Сука ты, Романо. Тварь последняя, — говорил человек, когда трубка была взята.

— Алло? Кто это?

— Это твой волк, милая.

— Леман? Ты жив? — прокуренный женский голос вдруг изменился, он был возбужден и хотел задать множество вопросов. — Мне звонил Романо! Он говорил, что ты убит, а завтра он придет за мной! Ты? Ты убил Романо?