На экране присутствуют изображения людей из различных общественных слоёв, и Роберта просит Кэма представить, кто они, о чём думают. Наставница не разрешает ему говорить до тех пор, пока он не подберёт нужные слова.

— Человек в поезде. Раздумывает, что дома на обед. Наверно, опять курица. Его уже тошнит от курицы.

И тут среди россыпи картинок на столе-компьютере внимание Кэма привлекает фотография какой-то девушки. Роберта прослеживает глазами направление его взгляда и немедленно пытается убрать картинку, но Кэм хватает её за руку и останавливает.

— Нет. Я хочу посмотреть.

Роберта неохотно убирает ладонь от изображения. Кэм подводит картинку к себе, поворачивает, увеличивает... Только взглянув, он понимает: девушка не подозревала, что её фотографируют. Ракурс какой-то странный, наверно, снимали исподтишка. В мозгу вспыхивает воспоминание. Это та самая девушка. Из автобуса.

— Это фото — оно здесь так, случайно, — говорит Роберта. — Не пора ли нам продолжить работу?

— Ещё немного.

Трудно сказать, где сделана фотография. Ясно только, что не в помещении. Пыль, песок. Девушка играет на рояле в тени чего-то тёмного, металлического, нависающего над её головой. Девушка очень красива.

— Подрезанные крылья. Расколотое небо. — Кэм закрывает глаза, вспомнив приказ Роберты сначала подобрать и выстроить слова и лишь потом говорить. — Она как... раненый ангел, упавший с небес. Она играет, чтобы исцелить себя, но она так изломана, что ничто не в силах её излечить.

— Красиво сказано, — не очень убедительно одобряет Роберта. — Давай следующую.

Она протягивает руку и снова пытается убрать картинку с экрана, но Кэм отводит фото в угол стола — наставнице не достать.

— Нет. Останется здесь.

Кажется, Роберта раздражена, что только подстёгивает любопытство Кэма.

— Кто она?

— Никто. — Однако судя по реакции Роберты, это не так.

— Я познакомлюсь с ней.

Роберта горько хмыкает.

— Вот это вряд ли.

— Увидим.

Они продолжают свои ментальные упражнения, но образ девушки не покидает сознания Кэма. Однажды он узнáет, кто она, и встретится с ней. Он научится, наберётся знаний, точнее, организует, объединит и разложит по полочкам всё, что содержится в его разрозненной памяти. И как только он с этим справится, он сможет разговаривать с этой девушкой уверенно, ничего не боясь; он будет в состоянии подобрать нужные слова на каком угодно языке, и тогда он спросит её, почему она так печальна и какая ужасная превратность судьбы усадила её в инвалидное кресло.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Цельные