Генри плеснул в нее водой. Его возмущало такое представление о его жизни. Она рассматривала его как самого обычного и предсказуемого человека. Он ненавидел ее снисходительный тон и негласный намек на то, что она во всех отношениях лучше его и что ему никогда не понять ее, потому что ее семья была сумасшедшей, а его – нет.

– На самом деле, все было не так, – сказал он.

– Разумеется, так оно и было, – отозвалась Сьюзи и перевернулась на спину. – И ты осознаешь это в один прекрасный день, когда обоснуешься со своими детишками в родительском доме.

Он рассматривал облака, как будто его будущее разворачивалось на небе, где легкий бриз нагонял облачность с севера.

– Почему ты так уверена, что у меня будут дети? – спросил Генри, уже раздраженный таким оборотом разговора. Однажды он докажет, что он вовсе не такой прямолинейный и предсказуемый, как она думала. – Может, они мне и не нужны.

Сьюзи улыбнулась.

– Я думаю… думаю, есть много вещей, которые ты хочешь иметь, сам не зная о том. И есть вещи, к которым ты стремишься, но они не доставят тебе такой радости, как ты надеешься.

Теперь она скользила в воде, глядя прямо на него.

– Это неправда, – сказал Генри, с досадой качая головой.

Я буду счастлив с тобой. Он подумал об этом и даже открыл рот, чтобы произнести эти слова, но ничего не вышло.

Сьюзи рассмеялась.

– У тебя будут дети, Генри, можешь мне поверить. И только подумай, пупсик, только подумай о том, какая им выпадет удача. Хотелось бы мне сейчас иметь машину времени и перенестись в будущее. Тогда я бы похлопала этих негодников по головкам и сказала: «Бог оказал вам большую услугу, когда сделал этого парня вашим отцом. Смотрите на него, слушайте его, и все у вас будет прекрасно».

Генри смотрел, как Сьюзи набрала побольше воздуха и нырнула. Она вынырнула почти через две минуты, рядом со скалами. Казалось, она может вечно задерживать дыхание и плыть под водой быстрее, чем на поверхности.

– Смирись с этим, Генри, – сказала она, когда он наконец догнал ее и они разлеглись на скалах. – Я плаваю как долбаная субмарина.

– А как насчет меня?

– Насчет тебя. Ты немного медлительный и постоянный. Надежный. Пожалуй, ты плаваешь как авиа-носец.

Генри покачал головой:

– У тебя все разложено по полочкам, верно?

– Почти все, малыш, – сказала она, подавшись вперед так, что ее губы уперлись ему в шею. Слова щекотали его кожу, а ее дыхание было жарким ветром, заставлявшим его забыть о том, что он еще недавно злился на нее. – Почти все, – повторила она.

Глава 43

– Пожалуй, настало время для отмены операции «Воссоединение», – сказала Мэл и сдвинула солнечные очки в толстой оправе вниз по переносице.

– Что? – недоуменно спросила Эмма. – Почему?

Она прислонилась к деревянному лосю, не в силах поверить, что сама пригласила Мэл приехать сюда. Что она натворила!

После приезда Мэл только и делает, что жалуется. Я думала, что это будет бревенчатый дом; лось больше похож на искалеченную лошадь; если мы задержимся здесь, то заболеем малярией или нильской лихорадкой.

Еще середина дня, а комаров тут целая армия. Они с Мэл побрызгались растительным репеллентом от насекомых, который дала Уинни, но это не отогнало комаров, а лишь заставило их пахнуть как микстура от кашля.

– Если мы перестанем дышать, они оставят нас в покое, – сказала Мэл. – Ты ведь знаешь, именно так они нас и нашли. Каждый раз, когда мы выдыхаем воздух, то как будто звоним в колокольчик и приглашаем их на обед.

Сегодня утром Уинни позвонила отцу Эммы и пригласила их на пикник. Эмма спросила, можно ли ей привезти Мэл, и он не стал возражать.

– Мама, почему бы тебе не поехать с нами? – спросила Эмма сразу после того, как поговорила с Мэл. – Ты познакомишься с новыми кошками! Мы устроим пикник и можем взять сыр, который ты любишь, – тот, который с плесневой корочкой.

Ее мать покачала головой:

– Не сегодня, милая. Мне нужно встретиться с клиенткой, для которой я рисую картину.

– Но сегодня суббота, – жалобно протянула Эмма. – Ты же никогда не работаешь по субботам. Обычно мы отправляемся на фермерский рынок.

– Извини, – сказала ее мать. – Зато ты проведешь особенный день с Мэл и твоим папой. А завтра мы с тобой можем чем-нибудь заняться.

Даже искушение любимым сыром не подействовало.

Эмма не понимала: если ее мама дружила с Уинни, то почему бы не ухватиться за возможность встречи? Она-то думала, что мама захочет снова вернуться в хижину, посетить Уинни и увидеть старых кошек.

Котенка, которого она привезла домой вчера ночью, они назвали Тором, потому что у него на груди есть белая отметина в форме молота. Так предложила ее мама. Когда Эмма спустилась из спальни сегодня утром, она обнаружила на кухне свою маму с покупками после ранней поездки в магазин для домашних животных: кошачий корм, туалет для кошек, ошейник от блох и ярко раскрашенные фетровые мышки, набитые кошачьей мятой.