Читаем Разбитая мечта полностью

Когда я забирал Дженни и Еву со школы. Мое сердце разрывалось на куски. Казалось, что эти стрелы стали слишком уж горячими. Когда я ее увидел, мое дыхание сбилось. Все еще хотелось кричать, но я не мог.

– Эрик, все в порядке? – спросила Дженни.

Я покачал головой.

– С днем рождения Ева! – мое поздравление больше подходило для поминок.

Я оглянулся, чтобы увидеть ее лицо. Наши взгляды встретились.

– Не нравится мне это, – сухой, почти металлический голос. Она попыталась натянуть улыбку, но ее глаза всегда выдавали истинные чувства. Очень хотелось, схватить ее, сжать в своих объятьях, рассказать всю правду и никогда больше не отпускать. Но я думал только о своих чувствах, а что насчет нее? Как она отреагирует на то, что я вампир? На то, что я убил тысячи людей? На то, что я монстр?

Это было ужасно! Бросить ее сегодня, в день ее рождения, но клятва есть клятва.

-Эрик, в чем дело? – Дженни держала меня за рукав, и смотрела вопрошающим, обессиливающим взглядом.

– Сегодня я оставлю ее в покое, – вот черт, чувствую себя ребенком, вынужденным расстаться с любимой и единственной игрушкой.

– Еву? Ты решил расстаться с Евой?!

Ее обезумевшие, удивленные глаза, болью пронзили меня насквозь в очередной раз. Мое сердце больше не таяло от надежды, оно вдруг снова заледенело и разбилось на тысячи острых осколков. Мне было страшно, ужасно страшно. Ведь я мог заставить себя уйти, сказать, что Ева мне безразлична, но какая-то часть меня все равно будет стремиться к ней. Эта часть будет пожирать меня изнутри, оставляя после себя зияющую пустоту, и причинять сильнейшую боль. Самым страшным было понимание того, что не только я буду испытывать эти муки. Как низко я упаду в ее глазах!

Я покачал головой в ответ на вопрос Дженни.

– Ты с ума сошел? Сегодня?

– Да, сегодня, – пришлось снова надеть на себя маску из стали, добавить жесткости в голос, хоть и хотелось плакать и ныть, но это непозволительная роскошь…

– Но… но, – Дженни начала заикаться, это значило ее безграничную растерянность и наворачивающиеся слезы. Черт! Если она еще и заплачет я вообще ума лишусь, – Но, ведь сегодня ее День рождения… Только не сегодня.

– Я обещал.

– Кому?

-Елене.

– Я поговорю с ней. Я уверена она тоже этого не хочет.

– Дело не том хотим мы этого или нет… просто так надо…

– Кому?

– Всем нам. Пока не случилось, что-нибудь непоправимое.

– Эри… Ты уедешь да? – черт, ну почему же она такая проницательная.

-Да, я скажу ей, что уеду… и на самом деле уеду…

– Надолго?

Я пожал плечами.

– С тобой можно?

– А Гаспар?

Она погрустнела еще сильнее.

– Не знаю.

– В любом случае, пять, шесть лет ничего не изменят.

– Пять… Шесть…

Я достал из кармана черную коробочку. В ней лежал медальон на тонкой цепочке.

– Эта вещица досталась мне от матери, последняя вещь, которая связывает меня с моей человеческой жизнью. Я хочу подарить его Еве…

– Это не честно…

– Что?

– Почему ты должен страдать из-за глупых законов? Ты ее любишь?

– Да… , на этот вопрос я ответил без малейшего замешательства. Я любил безумно, всей своей сущностью.

– Черт возьми, зачем мы поперлись на этот склад, той ночью.

– Дженни, помоги мне! – крикнула Елена.

– Держись, Эрик. Все будет хорошо. Все будет, так как раньше, ты и я…

Она медленно пошла вниз, ее взгляд все еще был обращен ко мне. Гаспар подошел к ней и шепнул:

– Ему сейчас очень плохо, но он справится…

Ну, пусть меня ударит молнией, пожалуйста.

– Ева…

Глава 14

(Эрик)

Она подошла медленно и осторожно, будто чувствовала неладное. Она была как всегда безумно красива. Мой ангел. В лучах скрывающегося солнца ее темные волосы отливали золотым блеском. Казалось, мое сердце вот-вот вырвется наружу, израненное и окровавленное. Господи, за что мне все это? Только представить, как я заставлю ее страдать. Перспектива никогда ее больше не увидеть просто разламывала меня пополам. В голове гудел рой непонятных мыслей. Пару глотков воздуха. Я смогу. Я смогу.

– Ты звал?

В ответ я покачал головой и прикусил губу – это получалось произвольно, каждый раз, когда я сильно нервничал.

Холодную маку безразличия на лицо, побольше металла и жесткости в голос и вперед.

– Да, я хотел серьезно поговорить.

– О чем?

На ее лице проскользнули признаки испуга. Она подняла на меня свои глаза. Эти два самых дорогих изумруда на земле. Я больше не мог мыслить трезво. Черт, возьми, как же больно!

– Ева… нам…, то есть ты… не можешь…, мы, – глубокий вздох. Нет! Черт! Не могу! Лучше умереть! – Тебя Дженни зовет.

Не знаю, привыкла ли Ева к моим сумасшедшим выходкам, но сейчас она лишь покорно покачала головой и направилась к Дженни, которая немного спустилась по горе вниз.